Автор
Марина и Максим Заботкины наслаждались семейным ужином в своей кухне. Пара уже три года живет счастливой семьей, даже несмотря на трудности со здоровьем. Сейчас они готовы завести детей, но для этого требуется решение некоторых важных вопросов.
– И почему ты не хотел показать нам сразу это письмо? – спросил Максим.
Гайворонский, набычившись, молчал.
– Сева, а что это он пишет про какой-то твой диагноз? – полюбопытствовала Марина.
Всеволод Олегович совсем смутился и беспокойно заерзал на стуле.
– Это всего лишь обычный Левин юмор, – запинаясь, проблеял он.
– Мне вначале тоже показалось, что это юмор, – нахмурился Максим Заботкин. – Поэтому я и не придал ему значения. Но сейчас я думаю...
С этими словами он поднялся со стула и шагнул в сторону старенькой тумбочки с резными ножками, за которую Гайворонский сунул отнятую у Максима книгу.
Я подошла и заглянула Максиму через плечо:
– Учебник по психиатрическим заболеваниям... – прочитала вслух.
Марина пока еще не понимала до конца, в чем дело, и только вопросительно смотрела на супруга. Максим открыл книгу на заложенной странице и сказал:
– Тут галочкой помечено...
– Читайте, пожалуйста, вслух, – попросила я.
Максим начал читать:
«Паранойяльная шизофрения... Характеризуется... Образование сверхценных идей – болезненная привязанность к другому человеку, неадекватные устремления карьерно-амбициозного характера, не подтвержденные ни предыдущим опытом, ни личными качествами. Пониженная самокритичность, снижение трудовой и половой продуктивности... Слабо корректируема. Больного переубедить практически невозможно...» – Так, так. – «Часто сопровождается бредом, в экстремальных ситуациях возможны агрессивные проявления.
Заботкин, закончив читать описание симптомов, недоуменно посмотрел на присутствующих.
– Господи! – испуганно ойкнула Марина. – Сева, да это же прямо про тебя...
– В этой книге можно найти кучу симптомов, которые в изобилии наблюдаются и у вас! – бросил Всеволод. Однако он явно смутился, покраснел и нервно заходил из угла в угол по комнате.
– Я думаю, нам стоит прочитать письмо самого Всеволода Олеговича, ответ на которое мы только что лицезрели. Из него, наверное, все станет ясно, – предложила я.
"– Я не дам вам читать мое письмо! – Гайворонский внезапно выхватил у Максима учебник и огрел им Заботкина по голове. – Правильно Лева говорил: для того чтобы у вас что-нибудь в мозгах появилось, нужно подойти и дать вам по башке толстой энциклопедией! – ликующе завопил он.
– Ну, знаете ли... Сева, вы исчерпали ресурсы моей толерантности, – сказал Максим, потерев ушибленное место, и направился к телефонному аппарату.
