Автор
Марина и Максим Заботкины наслаждались семейным ужином в своей кухне. Пара уже три года живет счастливой семьей, даже несмотря на трудности со здоровьем. Сейчас они готовы завести детей, но для этого требуется решение некоторых важных вопросов.
А что такое? Что случилось? Неужели обострение?
– Скорее всего.
– Роман Евгеньевич? Каменков? – тихо уточнила Маргарита у меня, пока я продолжала разговор.
Отключив связь, я спросила:
– Вы его знаете?
– Представьте себе! – усмехнулась Маргарита. – Он регулярно к нам заходит, говорит с Севой о книгах, об исторических фактах... Я не знаю, где они познакомились, но, вообще-то, должна отметить, что он всегда влиял на Севу положительно. Хотя… Нет, тут он помочь не может – ведь он психолог, а у моего мужа, к сожалению, заболевание психическое.
– Тем не менее, он сейчас приедет.
Маргарита глубоко вздохнула и махнула рукой.
– А, делайте что хотите! – с досадой проговорила она. – Вообще-то, я не хотела никого больше видеть сегодня…
У меня, однако, были свои мотивы для встречи с Каменковым. Когда я узнала, что психолог знаком с Гайворонским, то посчитала просто необходимым с ним переговорить по поводу состояния Всеволода Олеговича. Психолог Каменков был коммуникабельным человеком, круг его общения распространялся в основном на людей с психическими отклонениями, на представителей богемной и академической тусовок, на профессуру, на коллективы судебно-медицинских экспертов.
В конце концов, я выслушала всего лишь личное мнение и версию Маргариты, его жены. Но почему я должна верить Маргарите?
Подумав об этом, я решила развить эту тему. Маргарите известно о болезни мужа. И она заинтересована в том, чтобы это скрыть. Тем более, от Маркова. Она могла узнать и раньше, что ее муж таки проболтался Леве насчет своего диагноза. Что, если за этим все-таки что-то стоит? И неплохо бы узнать, есть ли у самой Гайворонской алиби на момент убийства Маркова? В смысле, находилась ли она в Тарасове неотлучно в те дни?
С этим вопросом я и обратилась к женщине:
– Скажите, пожалуйста, вы в то время, пока Всеволод находился у родителей, жили здесь вдвоем с сыном?
– Да, – недоуменно посмотрела на меня из-под очков Маргарита.
– Все время были дома, никуда не уезжали?"
"– Куда я могу уехать! – пожала она плечами. – А сына я куда дену? К тому же, у меня работа, отпуск только летом будет.
