Автор
Внутри хрустального зала свет отражается на шокирующих татуировках — знаковами предательства на теле главного героя, который несет смертельную угрозу своей семье. Сын свекрови, внедренный в доверие, превращается в жуткого изменника, и мать, защищающая свою родню, вынуждена предаться артефактам и заговорам для спасти своих детей....
Похоже, «Ты предал нашу семью (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
- Сейчас буду, - кивнула я ему и, допив латте, ещё немного полюбовалась на картину, как будто черпала в этих мгновениях спокойствие этого места перед тем, как меня ждало впереди небольшое нервное потрясение.
Я могла отказаться от встречи. Но с некоторых пор не боялась никаких трудностей. Тем более - разговора с бывшим мужем…
Признаться честно, встреть я Руслана где-то на улице, я, пожалуй, его бы даже не узнала. Он очень осунулся, побледнел, постарел и стал каким-то прозрачным. Но в глазах, когда меня увидел, заполыхал тот огонь, который явственно говорил: я ещё жив.
Меня сопровождал Макс. Это было условием Мережковского, при котором он бы сегодня не примчался сам раньше положенного, чтобы либо запретить мне встречу с бывшим мужем, либо быть рядом, когда мы с Русом снова увидимся. Олег так и сказал мне по телефону, когда мы обговаривали данный вопрос. Мне было приятно, что Мережковский отреагировал именно так. Однако я поспешила заверить его, что отправлюсь к Руслану одна, убеждённая в том, что мне ничего не грозит.
- Я ненадолго, - сказала Максу, входя в комфортабельную палату Троянского.
Он, едва завидев меня, медленно поднялся с кушетки и так и застыл, наблюдая за моим приближением. А когда сделал движение в мою сторону, я поняла, что бывший муж немного подволакивает ногу.
- Как Савва? - спросил он безо всякого приветствия, впиваясь взглядом в моё лицо.
- В порядке, - откликнулась я, пройдя вперёд и вправо и устроившись на краю стула.
Руслан, словно передумав, вернулся обратно к кушетке, на которой сидел, обложившись подушками. Он смотрел на меня испытующе, а я не знала, что испытываю. Вернее, ощущений было много, но какое из них превалировало, вот так сходу сказать было невозможно.
- Ты очень изменилась, Женя. Очень похорошела, - прошелестел Троянский.
- Свобода мне к лицу, - не удержалась я от того, чтобы не расставить все точки над «е».
Рус усмехнулся и покачал головой.
- Это точно, - согласился со мной бывший муж.
Мы помолчали. Зачем меня звал сюда Руслан, я не знала, но была уверена в том, что это сделано не для того, чтобы бросаться мне в ноги и умолять простить.
- Я бы хотел сказать, что мне очень жаль из-за того, как скотски я себя вёл по отношению к тебе… хотел бы просить у тебя прощения, но не стану этого делать. Потому что всех слов мира не хватит для того, чтобы до тебя донести, насколько я раскаиваюсь в содеянном.
