Ведет к табурету и бесцеремонно толкает на него, вынуждая сесть.
В ее действиях нет нежности, только спокойствие, собранность и деловитость.
Подчиняюсь и она, также молча, начинает обрабатывать мои раны.
Я закрываю глаза и отдаюсь во власть ее порхающих по мне, нежных уверенных рук.
А в башке так и крутятся, так и стучат отбойными молотками по расшатанным нервам токсичные рассуждения брата.
«Какая разница, чей, если любишь, если подыхаешь без нее...»
Глава 39 Накрывает
Пьяные и зависимые друг от друга...
Демьян, настоящее
Сижу вроде бы спокойно, но на самом деле, меня, пиздец, как разбирает.
Адреналин хреначит по венам, ища только одного, совершенно определенного выхода, войти и кончить в Занозу. От ее близости и запаха ведет, что хоть на стену лезь или сразу в петлю, если не поимею ее в ближайшие пять минут,
Стоит между моих раздвинутых коленей и аккуратно промакивает перекисью ссадины на лице. Мои глаза по-прежнему закрыты, но ладони… сами ложатся на ее задницу и притягивают ее ближе.
- Демьян, посиди, пожалуйста, спокойно, - тут же осаживает Заноза.
- А как же «трахай меня, сколько хочешь, как хочешь и когда», - бормочу я, слегка морщась, потому что кожу начинает нещадно щипать.
Поглаживаю ее бедра. Хочется стянуть штаны и прикоснуться уже к коже. Залезть к ней под трусики и трогать, ласкать между ножек.
- Это было до того, как пришли твои друзья.
Открываю глаза, но тут же закрываю снова, так как Заноза начинает обрабатывать висок и перекись грозит попасть в глаз.
- Забудь все, что я тебе сказала.
- Забудь?"
"- Да. Я не хочу иметь с тобой никаких дел.
Плотно притискиваю к себе и утыкаюсь лицом в ее живот.
- Демьян, прекрати, - шипит Заноза, но я не прекращаю.
Разбирает и я чувствую, что и она хочет меня сейчас. Что бы ни говорила и не делала. Она хочет, блядь, сама сгорает...
- Ты хочешь, чтобы я тебя ебал. Иначе не приперлась бы сюда, не встала бы так близко и не начала проявлять гребаную заботу.
Отставляет медикаменты, и ее ладони вцепляются в мои плечи. Но почти сразу же соскальзывают в волосы и начинают ерошить их, гладить, пропуская через пальцы.
- Демьян, - рвано выдыхает Ви, когда я зубами подцепляю край ее футболки и начинаю покрывать поцелуями упругую кожу живота.
Стонет и отзывается на меня всем охуенно соблазнительным телом.
Веду поцелуи выше, постепенно поднимаясь и сам, пока не задираю ее футболку до груди.
Здесь вспоминаю, что нельзя, хотя пиздец, как хочу, поэтому набрасываюсь на шею.
Бормочет что-то невнятное, но выгибается.
Впиваюсь в ее сладкую кожу, словно ненормальный. По каждому сантиметру прохожусь, целую все, до чего могу дотянутся, все доступные для моих жадных губ участки. А в самом конце впиваюсь в ее рот. Засовываю в него язык и начинаю имитировать трах.