Погрузившись в мрачную атмосферу холодной зимней Москвы, главная героиня шагает к своему предстоящему смертельному обещанию. Встреча с любовником превращается в кошмарное риторическое расставание, когда каждый шаг кажется последним перед неизбежным.
Практически закричала в голос, едва не напугав водителя — мужчину лет тридцати семи в вязаной шапочке. Безобразие! Да сколько можно трепать мне нервы!
След в след, поблескивая огромными фарами, виляя то вправо, то влево, за нами гнал чёрный внедорожник. Достало уже всё! Просто невыносимо. ОН невыносим. Я психанула.
— Остановите! Сейчас же! — рявкнула на водителя что есть мочи. Тот от неожиданности дал по тормозам. Крутанул руль вправо, прижавшись к обочине. Хлопнув дверью, я выскочила из такси и бросилась навстречу «Хаммеру».
Открыл дверь громадины и вальяжно вывалился на проезжую часть. В… шапке-ушанке. Вот ведь! Показушник!
— Отстань от меня! — заорала до хрипа в горле, топнув ногой. — Хватит меня преследовать! Я вызову полицию и заявлю, что ты маньяк!
Он гортанно расхохотался, потешаясь над моими словами, а потом вдруг сделал такое ледяное лицо, что у меня ноги подкосились.
— Не хочу. А ты только попробуй это сделать. Я тебя на части порву. Прямо здесь. В своей машине на заднем сидении, — хищно оскалился.
Ох! Вот он… Вот он… Слов нет. МАНЬЯК!
— Так, всё, хватит! Это уже явная угроза. Сейчас я позвоню отцу, а потом в полицию.
Быстро вытащила телефон из кармана, сделала селфи — сфотографировала себя и Волкана на фоне бронированной зверины и принялась стучать дрожащими пальцами по клавиатуре телефона, набирая сообщение для папы в «Вайбере».
— Папочка, помоги! Волкан маньяк! Он собирается меня изна…. — я печатала это на клавиатуре и произносила громко вслух каждое слово, пока вдруг не подпрыгнула на месте.
Всё. Любимому «Айфону» вечная память.
* * *Несколько секунд я стояла на одном месте, будто неживая, с открытым ртом. Лишь часто-часто дышала, глядя на то, что осталось от телефона — на мелкие осколки, что были разбросаны по дороге на добрых пять метров от эпицентра событий. Замахнувшись, со всей своей накипевшей в душе яростью я огрела бешеного психа щедрым шлепком по лицу.
— Ты идиот! Психопат! Лечиться надо!
Я разрыдалась. Бросилась обратно к такси. Из такси мне навстречу выскочил взволнованный таксист:
— Девушка! Что с вами? Тот тип вас обидел?
Хлопнув дверью, подрагивая от страха, я ответила:
— Поезжайте.
Тушь текла по щекам. Сердце таранило грудную клетку похлеще молотка. Я не могла отдышаться. Настолько сильно испугалась, что забыла адрес собственного дома.
