Погрузившись в мрачную атмосферу холодной зимней Москвы, главная героиня шагает к своему предстоящему смертельному обещанию. Встреча с любовником превращается в кошмарное риторическое расставание, когда каждый шаг кажется последним перед неизбежным.
Вся кровь тела хлынула к детородным органам. Так, Волк! Притормози. Дыши, только дыши! Сейчас она такая горячая, сладкая, настырная хулиганка. Вот он, шанс. Бери, пользуйся, она сама ведь просит. Первая начала. Ты же так долго мучился, весь извелся, будто полжизни её добивался. Бесился, естественно, что в мире, оказывается, есть то, что тебе не под силу. Единственное исключение, твой первый в не абы каком опыте любовных дел дерзкий отказ. Как тут не потерять голову, как сдержаться?
Это был наш первый поцелуй. Я потянулся к пуговицам пальто.
Ну, погоди у меня! Паршивка! Выпорю. Так выпорю, что по стойке смирно у меня стоять будешь. Это ж надо такое! Напиться. До чертей в глазах. Глупое создание… Я отцепил от себя Нику, что сейчас напоминала варёную рыбу-прилипалу, прижал к груди, крепко обнял за талию, одновременно зарылся пальцами в её мягкие волосы и закрыл глаза.
"Моя маленькая… Какая же ты хрупкая и беспомощная. Я спятил. Что? На мои глаза навернулись слёзы. Выдохни, Волк. Опасность миновала. Она со мной. Ничего не случилось. Она в безопасности. Всё остальное — ерунда. Конечно, засранка завтра получит у меня по полному сценарию, но не сейчас. Я до смерти испугался за Нику. А если бы опоздал? Если бы потерял из виду? У меня бы случился сердечный приступ.
Не хотелось отпускать Веронику ни на секунду. Я подхватил её на руки и понёс к себе домой. Как странно, но когда она находилась в моих руках, я чувствовал удивительное тепло в груди и непривычное спокойствие. Абсолютное умиротворение в душе, там сейчас будто цветут сады и тёплый бирюзовый океан ласкает мягкий берег из жёлтого песка. Никогда такого не испытывал. Тогда я и осознал, что не могу без Ники от слова «совсем». Она — моё спасение, моя личная таблетка успокоительного, мой тормоз и одновременно мой газ.
Эту ночь я провел, лёжа рядом с ней. Я держал руку на пульсе девушки, боялся, вдруг ей станет плохо? Мы не поехали в больницу лишь потому, что она умоляла не ехать. Видимо, была причина. Мне пришлось её раздеть. Я еле-еле себя сдерживал, кусал губы до крови, пока дрожащими руками стягивал с неё платье. Залюбил бы до изнеможения. Любил бы до самого утра, горячо, страстно дико.
