Автор
В гостиной звезды глазами, он наблюдал за городом, его тихий голос прорывался сквозь шум улиц. А я оставалась в стороне, наблюдая за ним, несущим с собой странную атмосферу безопасности и одиночества. Вместе мы становились не просто соседями стола, но и теми, кто теперь не одинок в своих мечтах и страхах....
– Что? – хрипло прошептал он.
Кашлянул и повернулся ко мне. Так, что наши лица оказались слишком близко.
Пульс зашкаливал, кровь шумела в ушах, а я не могла отвести взгляда от его глаз, ставших абсолютно черными. И уже не могла противиться дикому влечению. Меня с головокружительной скоростью засасывало в бездну его взгляда. Я не знала, что меня там ждет – сумасшедшее счастье или адские муки. Но готова была сделать шаг, потому что то, что было в прошлом, и то, что ждало меня в будущем, не шло ни в какое сравнение с болью разбитого сердца.
И когда Макс стал медленно наклоняться, подалась ему навстречу, прикрывая глаза. Почувствовала его губы на своих, и голова закружилась.
Он обхватил мой затылок ладонью, не прекращая движения языка, который сплетался с моим, лишая кислорода. Приподнял меня, усаживая на себя сверху, только на мгновение оторвавшись от моих губ и обласкав глазами все тело. Футболка задралась, обнажая бедра. Соски заострились под голодным, диким взглядом Макса.
Сжал мою талию, сдвигая ближе к себе, так, что между ног я почувствовала жёсткую ткань джинсов и свидетельство его возбуждения.
Мое тело обмякло в его руках. Со всей страстью, на которую была способна, я пыталась неловко отвечать на поцелуй. Обняла его, прижимаясь сильнее, чувствуя его ладонь на своей груди. Даже сквозь ткань футболки она ощущалась раскаленным металлом. И словно микроразряды электричества разбегались по всему телу.
Макс зарылся пятерней мне в волосы, заставляя наклонить голову, провел губами по коже, которая стала необычайно чувствительной, и обжег горячим дыханием ухо, прикусывая мочку. Я не смогла сдержать стон, а Макс усилил напор. Он порывисто выпрямился, сдвигая меня еще ближе, лаская губами шею. Надавил на мои бедра, подаваясь вперед своими. От трения ткани о клитор я застонала еще громче, уже не понимая, кто я, где я, и готова ли идти до конца...
Коктейль возбуждения, страха и предвкушения чего-то запретного, незнакомого кружил голову сильнее самого крепкого алкоголя и туманил разум.
