Я протестую:
– Завтра?! А почему меня не выпишут сегодня?
– Потому что хотят продержать тебя сутки под наблюдением.
– Но ведь я в порядке, ты же видишь?
Эрик впервые улыбается и отвечает:
– Твое упрямство доказывает, что ты действительно в порядке, и ты даже не представляешь, как я этому рад. Но я тоже хочу, чтобы ты осталась в больнице. Мне так будет спокойней, – и при виде моей гримасы добавляет: – Я останусь с тобой. Не отойду от тебя ни на шаг.
Мне это нравится. Если я должна остаться здесь, то лучшая компания, которая может у меня быть, – это он. В этот момент открывается дверь и входят Марта с перепуганной Соней.
– Доченька моя, все хорошо?
– Да, Соня, успокойся. Я в порядке. Лишь немного ударилась.
– Немного? Скорее, круто шмякнулась, – выпаливает Марта. – Тебе стоит посмотреть на мотоцикл, чтобы понять, насколько сильным был удар.
Эрик уступает место матери, которая подходит ко мне и целует меня. А он кладет ей на плечо руку и тихо произносит:
– Мама, не волнуйся, с Джуд все хорошо.
Теперь я надуваю губки и, глядя на Эрика, спрашиваю:
– Что случилось с моим мотоциклом?
Он не отвечает. У меня к горлу подступает комок. Приводя всех в изумление, прошу Эрика:
– Скажи, что с моим мотоциклом все в порядке, пожалуйста.
– Сокровище мое, – говорит Соня, – тебе нельзя волноваться.
Эрик взглядом порицает сестру за комментарий и в конце концов говорит:
– Послушай, дорогая, тебе сейчас не стоит волноваться из-за мотоцикла. Самое важное сейчас – это ты.
Но меня это не успокаивает. Начинаю чесать шею.
Я обожаю свой мотоцикл. Отец с трудом купил мне его несколько лет назад. Не могу уняться:
– Скажи мне хотя бы, что его можно починить.
С ослепительной улыбкой Эрик снова садится рядом со мной и, подув мне на шею, отвечает:
– Его можно починить.
Меня это успокаивает. Мой мотоцикл для меня очень важен. Это моя связь с прошлым, с родными, с Испанией.
У Эрика звонит телефон, и он выходит поговорить в коридор.
– Доченька, – шепчет Соня, – как же я испугалась, когда мне позвонила Марта!
Я улыбаюсь и успокаиваю ее. Тогда в разговор вступает моя золовка:"
"– А как я испугалась! Я думала, что Эрик умрет от страха. Вы представить себе не можете, как он неистовствовал. Мне чуть не пришлось дать ему пару пощечин, чтобы он выпустил тебя из объятий и «скорая помощь» смогла тебя забрать.
– Он, наверное, пережил то же самое, что и тогда, с Ханной. Бедняжка, – в ужасе шепчу я.
Все мы понимаем, что именно это он и вспомнил. Тогда он присутствовал там.
Мысль о том, что Эрик, мой любимый, пережил такой страшный момент, отозвалась болью в моей душе.
И тогда Соня произносит:
– У него заплаканные глаза. Я – его мать и понимаю это.
– Мама, ты только не вздумай сказать ему об этом. Ты же знаешь, какой он.
Открывается дверь, заходит Эрик.