Автор
Эрик и Джудит наконец-то вместе. Но их страсть и любовь будут испытаны жестокими испытаниями судьбы. Сможет ли их чувство пережить предательства, тайны и преграды, встающие на пути влюбленных? История о том, как настоящая любовь требует не только слов, но и поступков.
Раздел Chitat.online для книги «Ты только попроси. Сейчас и навсегда» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Эрик и Джудит наконец-то вместе. Но их страсть и любовь будут испытаны жестокими испытаниями судьбы. Сможет ли их чувство пережить предательства, тайны и преграды, встающие на пути влюбленных? История о том, как настоящая любовь требует не только слов, но и поступков.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Эрик и Джудит наконец-то вместе. Но их страсть и любовь будут испытаны жестокими испытаниями судьбы. Сможет ли их чувство пережить предательства, тайны и преграды, встающие на пути влюбленных? История о том, как настоящая любовь требует не только слов, но и поступков.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он удивленно открывает глаза:
– За что?
Целую его в кончик носа, отчего он расплывается в улыбке.
– За то, что научил меня играть и наслаждаться сексом.
Он начинает хохотать, и я вместе с ним, когда он говорит:
– Ты становишься опасной. Очень опасной.
Через полчаса, после того как мы все трое приняли душ, спускаемся в кухню Бьорна. Там, усевшись на табуреты, мы едим и весело болтаем. Спустя два часа я снова оказываюсь обнаженной на кухонном столе и наслаждаюсь, отдаваясь двум мужчинам.
26"
"Жизнь с Айсменом идет хорошо, несмотря на наши споры. Наши встречи тет-а-тет безумны, сладки и страстны, а когда мы ездим к Бьорну, то они еще пылкие и развратные. Эрик делит меня со своим другом, и я с удовольствием на это соглашаюсь. Нет никакой ревности. Ни упреков. Есть только секс – игра и похоть. Мы в полной мере наслаждаемся влечением друг к другу при каждой встрече. Нет никакой лжи. Нет никакой скрытности. Только безумное сладострастие.
С Флином же все совсем иначе. С парнем мне приходится нелегко. Я замечаю, что с каждым днем он становится все менее дружелюбным со мной и раздражается нашему с Эриком счастью. Мы с Эриком ссоримся из-за него. И, кажется, мальчик получает огромное удовольствие оттого, что становится причиной наших с Эриком споров.
Иногда по утрам я езжу вместе с Норбертом отвозить Флина в школу. Но Флин не догадывается о том, что, когда Норберт уезжает, я тайком за ним наблюдаю. Я не понимаю, что происходит. Мне не понятно, почему Флин является центром насмешек своих якобы друзей. Они обзывают его, толкают, а он не реагирует. Всегда заканчивается тем, что он лежит на земле. Нужно найти этому какое-то решение. Нужно, чтобы он улыбнулся, чтобы поверил в себя, но я не знаю, как это сделать.
Однажды вечером, когда я в своей комнате напеваю песню Пабло Альборана «Столько»[23], замечаю, что за окном опять идет снег. Это мне понимает настроение. Снег такой красивый! Радуясь снегопаду, иду в комнату игр, где Флин делает уроки, и открываю дверь.
– Хочешь поиграть в снежки?
Мальчик со своим обычным серьезным видом смотрит на меня и отвечает:
– Нет.
Я прихожу в ярость, увидев у него разбитую губу. Беру его за подбородок и спрашиваю:
– Кто это сделал?
Мальчик смотрит на меня и сердито отвечает:
– Это тебя не касается.
Вместо того чтобы ответить ему тем же, решаю промолчать. Закрываю дверь и иду искать Симону. Нахожу ее в кухне, готовящую бульон. Подхожу к ней и говорю:
– Симона.
Женщина поворачивается ко мне, вытирая руки о фартук.
– Да, сеньорита.
– Ай, Симона, ради бога, называй меня по имени, просто Джудит!
Симона улыбается.
– Я стараюсь, сеньорита, но мне очень сложно к этому привыкнуть.
Да, ей, наверное, действительно трудно.
– В доме есть санки? – спрашиваю я.
Женщина недолго думает и отвечает:
– Да, есть.
