Автор
История посвящена Ивану Царевичу сыну Дениса Шаурина. Между ними разгорается напряженная игра, где эмоции смешиваются с азартом. Конфликт нарастает вокруг нежности и внезапных событий, заставляя героев искать выход из этой ситуации.
Похоже, «Ты у меня одна (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— А куда это ты убегаешь? Расскажи хоть, как у тебя дела?
— Боюсь я вас, Юлия Сергеевна. Начинаю рядом с вами себя человеком чувствовать. И мне даже мерещится, что у меня есть совесть, — натужно улыбнувшись, натянул пиджак.
— Все жизнь празднуешь? — вздохнула.
— Яволь, майн фюрер, никак не могу доверить это дело кому-то другому. — Одернул лацканы и поправил на запястье золотые часы. — Иван, время у меня есть, но оно стремительно уходит.
— Тогда пойдем пообедаем, поговорим заодно.
— И этот убегает! — шутливо возмутилась мать и перехватила сына за локоть. — Тоже потерялся, про всех забыл.
— Не потерялся я. И ни про кого я не забыл.
— М-м-м… — кивнула понимающе и прямо спросила: — Как Алёна?
— Прекрасно, — ответил он, и от Юлии не укрылось, что лицо сына осветилось каким-то новым чувством, которого она раньше никогда не замечала.
— А почему вы не приходите к нам в гости? На ужин, например? Мне так хочется с ней поболтать… может быть, посоветовать что-нибудь… — Юлия смахнула с плеча сына несуществующую пылинку.
— Так вы не приглашаете. — Заметив ироничный взгляд матери, Иван ответил ей тем же.
— Так ты специального приглашения ждешь? — искренне возмутилась.
— Мы приглашаем, да, папа? — посмотрела на мужа.
— Конечно, приглашаем, — подтвердил Денис.
— Ну все, тогда мы придем, — улыбнулся.
Юлия качнула головой.
Иван и Гергердт покинули кабинет и прошли к лифту. Гера нажал нулевой этаж, чтобы, спустившись, выйти на подземную парковку. Посмотрел в зеркальную стену на Ивана и проговорил:
— Скажи мне, что ты ешь, и я скажу, кто ты. Так ведь, мой друг?
— Угу, — неопределенно гмыкнул Иван. Сознание заволокла другая мысль, совсем не о еде. Набрал номер Алёны. Она долго не отвечала, но он не переставал звонить. Артём указал в сторону, где припарковал машину. Ваня отстал от него на шаг, слушая в трубке бесконечные гудки.
Наконец послышался запыхавшийся Алёнкин голос:
— Да, привет… только вышла из кабинета, и ты звонишь…
— Да какой там, вздыхать не успеваю. У меня сегодня две своих группы. И еще чужая вечером — попросили заменить. И между всем этим куча документов на обработку.
— Я заберу тебя сегодня. Ты во сколько освободишься?
Алёна шумно набрала воздух – то ли возмутиться хотела, потому что они не договаривались на сегодня о встрече, то ли подсчитывала, когда Ване лучше подъехать.
— Я детей в пять отпущу. А потом у меня бумажная волокита. Она бесконечная. Как подъедешь, позвони, я спущусь.
— У нас будет арт-терапия, я после нее буду мертвая.
