Автор
История посвящена Ивану Царевичу сыну Дениса Шаурина. Между ними разгорается напряженная игра, где эмоции смешиваются с азартом. Конфликт нарастает вокруг нежности и внезапных событий, заставляя героев искать выход из этой ситуации.
Раздел Chitat.online для книги «Ты у меня одна (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
Похоже, «Ты у меня одна (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как леди.
— Мурка, где ты и где леди, — посмеялся, — леди, они скромные, они по квартире полуголые не рассекают.
— Ой, Твою-Мать-Величество, и как ты меня терпишь?
— Вот не зря у тебя крокодил в спальне. Знаешь, как крокодил охотится? Он никогда не нападает первым, делает вид, что ему лениво и ждет, пока жертва сама к нему подойдет. И если жертва приблизилась, ей ни за что не спастись.
— Ты, по-моему, Animal Planet пересмотрела.
Через час Шаурин закончил с документами и погасил настольную лампу. Посидел с минуту, чтобы глаза привыкли к темноте. Алёна так и заснула здесь на диване. Он взял ее на руки, чтобы отнести в спальню. Вместе с пледом, стараясь не тревожить.
— Ванечка, я сплю… — пробормотала она.
— Ванечка, ты меня любишь? — вдруг едва слышно прошептала, и Шаурин, уже собираясь вставать с дивана, замер.
Безвольно-разомлевшую ото сна, он прижал ее к себе сильнее и коснулся губами горячего виска.
Теперь не хотел подниматься. Даже шевелиться не хотел, несмотря на то что навалившаяся усталость скатилась с него, словно ее смыли водой.
— Весь хрусталь сосчитала? — Ваня сделал последний глоток остывшего кофе и поставил чашку на стол.
— Царевич, хочешь, чтобы я тебе настроение с утра задала? — непринужденно улыбнулась Алёна и отвела взгляд от витрины со сверкающей посудой.
Почему-то Ивана резануло ее обращение. Должен был привыкнуть, не в первый раз она его так называла, но сегодня виделось что-то в этом неестественное и неправильное.
— Ну да, — кивнул. — А то молчишь, мне аж не по себе.
— У меня сегодня для лихости сил маловато.
Ваня посмотрел на нее оценивающе, словно решал, верить ее словам или нет.
— Что делать будем? — спросил уже совсем по-другому.
Вот этой многозначительности в тоне она ожидала и боялась. Сегодня как никогда радовалась, что Шаурин с утра, по обыкновению, не очень разговорчив и не донимает ее вопросами. Зато, кажется, за каждым движением следит, так что под его взглядом деревенела. Цепенела, как загнанный в ловушку зверек. С каким-то животным страхом ждала, что он вернется к их последнему разговору. Если это можно назвать разговором. Он мог. Шаурин с любого вопроса мог выйти на интересующую его тему.
Легонько пожала плечами (но как же тяжело далось это движение, словно на плечах лежала каменная глыба):
— На работу поедем. Попробуем поработать. А, нет… сначала ты отвезешь меня домой, я переоденусь.
И как назло для утренней беседы было полно времени. Уже допили кофе, а спешить все некуда.
