В Ты у меня одна — современный роман о взрывном творчестве и противостоянии. Главная героиня не знает границ или уступок, чтобы достичь своего горизонта. Сюжет облечен в насыщенные краски эротики и хардкора, приправленной глубоким душевным конфликтом. Книга для тех, кто готов к взрыву чувств и умозаключений....
Похоже, «Ты у меня одна» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Написала на зеркале в ванной послание «1. Ваня, я тебя люблю. Алёна Шаурина» и уехала. Думала, что муж будет доставать телефонными звонками, а после работы прикатит за ней, но этого не случилось. Он проявил завидное терпение.
Вернулась домой Шаурина поздно вечером. У подъезда позвонила мужу.
— Ванечка, спустись, пожалуйста, помоги мне, — сказала ласково. Зажала под мышкой медведя, захватила с соседнего сиденья горшок с кактусом и вышла из машины.
Ваня ничего не спрашивал, ничего не говорил, положил трубку и спустился во двор.
— Вещи в багажнике, — улыбнулась она и положила ему в руку ключи от машины.
Шаурин открыл багажник. Там стояла только одна сумка.
— И все? — спросил он недоуменно. — Это все, что ты целый день собирала?
— Да, все, — весело сказала Алёнка.
Недоумение Шаурина только увеличилось, когда он вытащил сумку.
— Господи, что у тебя там такое?
Сумка была невероятно тяжелая.
— Отнеси в кабинет, — скомандовала Алёна, когда они поднялись в квартиру. — Там же книги.
— Хорошо. — Ванька поставил неподъемную сумку у книжного шкафа.
— Я надеюсь, мне будет позволительно как-то покомпактнее расставить твой «декор», чтобы разместить свои книжечки?"
"— Конечно. Делай все, что пожелаешь нужным. Ты уже у меня и так основательный порядок навела, все кругом переставила. Продолжай в том же духе, как тебе будет удобно, я совершенно не против.
— И поэтому ты такой злой? — засмеялась Алёна и обняла его за талию.
— Да.
— Или не поэтому?
— Поэтому, — сквозь зубы ответил Шаурин, развернул ее к двери и направил на кухню.
Алёна все пыталась обернуться, все заглядывала ему в глаза, он упрямо толкал ее вперед, а на кухне уселся на высокий стул и уткнулся в телефон. Она обняла его сзади за плечи, прижалась к щеке и спросила:
— Ты злишься?
— Нет.
— Понимаю, — с улыбкой сказала она. — Трудно отпускать самому. Верить молча. Без подстраховки. Отпустить и ждать. Тебе тоже так трудно, я знаю. Легче же стукнуть кулаком по столу и что-то потребовать. Иногда легче заставить.
Ванька молчал. Ничего не говоря, крепко, до боли сжал ее запястье.
Он отпустил ее без подстраховки. Сегодня просто отпустил. Ни штамп в паспорте, ни свидетельство о браке, ни кольцо на пальце не давали никакой гарантии, что она вернется.
