Автор
В Лете 2000 года Москва - роскошное шоу с обручальными кольцами и живым коридором, где Нина и Максим демонстрируют свое счастье всем посвятившимся. Встречные машины ожесточенно мчаться рядом, создавая атмосферу веселья и восторга.
Иногда мне кажется, что все сплелось в одну паутину: моя нынешняя жизнь смешалась с предыдущей и порой я перестаю понимать, где реальность.
Кто я? Нина или Лера?
Каждую ночь просыпаюсь в холодном поту, кричу, оглядываясь по сторонам и, видя на соседних кроватях людей, хлопаю себя по щекам.
«Я Лера. Я в больнице. Меня ударила молния», - шептала сегодня в пять утра дрожащим голосом, не зная, как объяснить проснувшимся людям, что минуту назад вернулась из прошлой жизни, где бегала по двору за маленькой собачонкой, тискала пушистого рыжего кота, обнимала маленького брата.
Несколько минут понадобилось на то, чтобы прийти в себя и понять, что я нахожусь в больнице.
В психиатрическом отделении, куда меня поместила сестра.
– Лерочка, так для тебя будет лучшею, - убеждала Вика. - После удара молнией с тобой стали происходить странные вещи. Ты совсем не похожа на себя прежнюю. Несешь бред про свою прошлую жизнь, зовешь во сне какого-то Егора. Что с тобой происходит? - всхлипнула она, глядя на меня мокрыми, испуганными глазами.
Я пыталась объяснить ей, что Егор - это не мое больное воображение. Это мой брат.
Мой младший братик, с которым я росла в прошлой жизни.
«Нинка, догони!» - постоянно звучит в голове его задорный голос.
После одного сна я долго сидела на кровати и вспоминала, как ласково к нам обращалась мама, выйдя на крыльцо деревянного дома.
«Ребятки, идите за стол. Обед остывает».
Она была очень красивой и худенькой, как тростинка. У нее были каштановые кудрявые волосы чуть ниже плеч, ясные голубые глаза и добрая улыбка.
В каждом сне она обнимала меня и шептала, что я и мой брат - это самое ценное, что есть в ее жизни.
В основном все сны были о моем девятнадцатилетнем возрасте, а брату в то время было двенадцать.
И почти все эти сны были о жизни с родителями. Жениха Нина почти не показывала мне. Как будто приберегла его «на потом».
В одном сне приснился отец.
Статный мужчина в военной форме и с суровым взглядом.
– Сегодня вечером закатим большой праздник! - гордо произнес он, стоя у зеркала и застегивая пуговицы на кителе.
Папа развернулся к нам с братом и скрестил руки на широкой груди.
– Ну, говорите, что вам привезти из города.
– Мне джинсы-клеш и свитер, который похож на травку. Помнишь, я у тебя еще в прошлую зарплату просила?
– Привезу! - Отец потрепал меня по голове и наклонился к моему брату.
