Автор
Лана выходит из кабинета с начальственным гневом на душе. Ее мысли о работе и пациентах внезапно прерывается строгим приказом. В этот момент внезапно засыпает, будто обреченная на непонятное накаленное дежурство. Как Виктор Георгиевич может знать о ее смене? Начинается сложный и запутанный поиск правды в загадочном приказе....
Только кто этот Тёмный? Король? Почему я не могу увидеть его? Настолько силён?
Но других ведь могу. Значит, буду смотреть через них.
Лёгкие уже горят. Тело сотрясается мелкой дрожью. Я собираюсь с силами, тяжело дыша.
Рядом чувствую Федерика. Чувствую его тревогу. Сейчас я тоже почти эмпат. Он волнуется за меня. Думает даже остановить, выдернуть из видений, привести в себя, чтобы больше не истязала себя. Шагает ко мне.
– Нет. Я могу это сделать… закончить. Потом… поможешь. А сейчас не мешай, – шиплю пересохшими губами.
И он неохотно отступает, чувствуя мою решимость.
Я закрываю глаза. И видения снова захлёстывают меня с головой.
… Сам принц сделал ей предложение. Анна уже много лет не общалась ни с одним мужчиной. Данна Иезенния ревностно блюла её чистоту и невинность помыслов. А тут девушке сказали, что в замок прибыл его высочество Федерик Иссая Арганди и требует встречи с ней, никому не интересной и не нужной бедной сироткой Анной Мари Илларией Мораду. Она видела, что данна Иезенния буквально кипит от злости и досады.
И девушка пошла. Жутко стесняясь и страшась. Едва дыша под бронёй жёсткого корсета. Но вместе с тем испытывая давно забытое чувство… любопытство."
"Принц оказался… приятным и, наверное, привлекательным, хоть и гораздо старше. Он был учтив. Деликатен. Честен. И он предложил ей стать его женой. А она… не смогла отказать. Впервые… ей подумалось, что возможно… есть другой путь кроме того, к которому её готовят.
– Ты сейчас же напишешь ему и скажешь, что передумала, – жёстко чеканит Иезенния.
– Я не могу. Это будет оскорблением его высочества, отказать так, – шелестит Анна, вжимая голову в плечи.
– Тогда попроси с ним встречи. И откажи, как положено, – прищуривается её единственная родственница. И надзирательница.
– Я… не хочу, – выдыхает девушка, не веря в то, что решилась на это. – Он мне… понравился.
А ещё своим предложением он дал ей надежду на то, что этого страшного ритуала в её жизни не будет.
– Что?! – взвизгивает старуха. – Ты разве забыла, для чего пришла в этот мир? Не откажешь ты, я сделаю так, что он откажется от тебя сам.
И ведь сделает. Анна знала. Как и то, что Иезенния ей врёт. Не для блага всего мира она старается. А для себя. И того жуткого старика, с которым девушка застала её пару месяцев назад. И никогда раньше Анна не видела, чтобы её дуэнья так боялась кого-то и настолько лебезила.
