В запахе лаванды скрываются таинственные мотивы: женщина подозревает мужа в измене. В маленьком доме-поместье захлестывает неверие и ненависть к житью, затерянному между любовью и предательством. Здесь происходит драматическое спроецирование жизни, где каждый персонаж обладает своей правдой и ложью....
– Закрой рот и только посмей отказать дэйну! – Прошипели мне в ухо, выталкивая из комнаты.
Дверь за мной закрылась с громким хлопком, и ко мне тут же обернулось не меньше полусотни голов. Кажется, я и правда на свадьбе. Причем в качестве невесты.
Узкий проход с ковровой дорожкой, уставленный по бокам столбиками с цветами, будто для того, чтобы я не подумала сбежать. Гости в странных нарядах по обе стороны прохода, а впереди – мужчина, при одном взгляде на которого я поняла, что требоваться объяснений с такого – себе дороже.
Идти было легко. Даже на высоких каблуках, на которых я почему-то чувствовала себя достаточно уверенно. Каждый шаг не отзывался болью. Спина оставалась прямой, и меня не скручивало в пояснице от малейшего движения, как в последние полгода.
Вблизи мужчина, мой будущий супруг, судя по всему, был невероятно хорош. Кажется, таких давно уже и в кино не увидишь.
– В этот светлый день я рад приветствовать всех, кто собрался здесь, дабы засвидетельствовать… – Откуда-то сбоку появился низкорослый мужчина в ярко-красной хламиде. Но Мортон грубо перебил его.
– Давайте сразу к делу.
– Как скажете, дэйн. – Коротышка суетливо поклонился и зачастил.
Вот как. Мне, значит, титулы не положены.
– Даете ли вы согласие на этот союз? Дэйн Мортон? – Коротышка в хламиде повернулся к черноокому жениху.
– Да. – Холодно отрезал он.
– Эвелин?
Мне очень хотелось сказать “нет”. Потому что это не дело – идти замуж за первого встречного. И раз я не Эвелин, я не могу решать за нее.
Молчание затягивалось.
Мортон взглянул на меня, и у меня дыхание перехватило.
– Да.
– Все присутствующие свидетельствуют о заключении нерушимого союза! – Бодро продолжил коротышка. – Примите мои…
– Довольно! – Оборвал его этот грубиян. А потом схватил меня за руку и потащил в сторону высокого стола, на котором лежал раскрытый талмуд. Склонился над ним, прижал большой палец к странице.
