В мире затаившегося мрака и напряженной тревоги, уставший разум медленно возвращался. Сердце колотилось как будто на грани выламывания, а головная боль ощутимо усиливалась, словно тисками цеплялась за каждое дыхание. Попытка восстановить память превращалась в мучительный процесс, призрачные образы лишь частично помогали уловить хода событий, будто сгустки иллюзий среди гущи ночного безмолвия....
Про наших тоже не забудьте, – хмуро скомандовал Эдуард, доставая рацию. – Второй, у нас минус один, и два двухсотых. Как обстановка? Прием.
– Понял вас, Первый. У нас все чисто, продолжайте. Прием.
– Командир, к нам гости, – доложил один из бойцов, и безопасник перевел взгляд в сторону новой угрозы.
Охрана усадьбы, услышав выстрелы, наконец спохватилась, и заметила присутствие чужаков на своей территории. Трое мужчин в костюмах, бежали в их сторону, доставая на ходу оружие.
– Рассредоточиться! Стрелять на поражение!
Укрывшись за деревьями, отряд подпустил охранников поближе и, высунувшись на короткое время, бойцы точными выстрелами сняли двоих.
– Да чтоб тебя! – в сердцах воскликнул Эдуард.
Сунув пистолет в кобуру, он короткими перебежками добрался до забора, и под прикрытием из растительности пробрался удачливому охраннику в тыл. Достав оружие, он выстрелил ему прямо в голову, окрасив деревянную стену позади своей жертвы в красный цвет."
"Покончив с очередным противником, и оставив одного бойца караулить вход на территорию, отряд двинулся дальше в поисках следующей цели. Но их цели сами вышли к ним навстречу. Двое, женщина и девушка, стоя на площади возле усадьбы, со страхом смотрели на стремительно приближающихся чужаков с оружием.
Эдуард решил не дожидаться этого. Он и так уже потерял двоих, позволив себе на мгновение замешкаться. Дернул же черт этого аристократа выйти из дома! Так что, больше никакого сожаления.
Жестом приказав открыть огонь, мужчина сплел собственное заклинание, и на его ладонях закрутились огненные шары.
Младшая в испуге запустила своей магией в нападающих, но заклинание рассыпалось искорками, не пролетев и половины пути. А старшая вскинула руки, и воздух перед аристократками словно уплотнился. Пули отклонились от своей траектории, и обогнули чародеек, а фаерболы, зашипев, погасли.
– Вот же черт! – выругался Эд. – Без шума все же не обойдется.
