В мире затаившегося мрака и напряженной тревоги, уставший разум медленно возвращался. Сердце колотилось как будто на грани выламывания, а головная боль ощутимо усиливалась, словно тисками цеплялась за каждое дыхание. Попытка восстановить память превращалась в мучительный процесс, призрачные образы лишь частично помогали уловить хода событий, будто сгустки иллюзий среди гущи ночного безмолвия....
Вдоль рядов торговых палаток с любопытством бродили покупатели, разглядывая диковинный товар, а рядом расположился наперсточник, разводя очередного простофилю на деньги.
Оставив Нину смотреть на клоунов, я наказала ей никуда не уходить без меня, а сама заинтересованно потянулась к торговцам. Может, в этом мире они сумеют меня удивить.
Мне приглянулась одна из палаток. Седой старичок азиатской внешности, одетый в длинный красный халат, и тюбетейку на голове, даже не делал попыток зазвать к себе покупателей.
Пройдясь взглядом по прилавку, я обратила внимание на кулоны из янтаря, подвешенные на простом кожаном шнурке. Янтарь мне всегда нравился, дома у меня был свой комплект янтарных сережек, кольца и бус. Потому, я с удовольствием взяла в охапку сразу несколько украшений и начала их перебирать.
Один из кулонов был продолговатой формы, длиной не меньше семи сантиметров. Внутри, попав однажды в ловушку янтаря, застыла тень насекомого. Приглядевшись, я в ужасе замерла на месте, а в следующее мгновение отбросила камень от себя.
«Почему из всех насекомых там оказалась именно эта тварь?!»
Из всех моих потаенных страхов этот был, пожалуй, самым главным. В детстве мама возила меня к бабушке в деревню, и мы остались у нее ночевать.
Вот и сейчас сердце снова выпрыгивало из груди, а перед глазами мельтешили красные мушки. И потому я не сразу сообразила, что не слышу больше ярмарочного шума. Моргнув, я покрутила головой, чтобы убедиться в том, что мне не показалось. Мир опять застыл, как то самое насекомое в янтаре.
«Что за ерунда? – удивилась я, стараясь дышать глубоко и размеренно, чтобы унять сердцебиение.
