В мире затаившегося мрака и напряженной тревоги, уставший разум медленно возвращался. Сердце колотилось как будто на грани выламывания, а головная боль ощутимо усиливалась, словно тисками цеплялась за каждое дыхание. Попытка восстановить память превращалась в мучительный процесс, призрачные образы лишь частично помогали уловить хода событий, будто сгустки иллюзий среди гущи ночного безмолвия....
– Наверное, редко бываешь на свежем воздухе. Ну, так вечно же торчишь в туалете. Может, у тебя проблемы с пищеварением?
Он гадко хохотнул, довольный собой, и его «свита» тоже захихикала, смеясь над словами своего вожака.
«Стая гиен, право слово. Прямо кулаки чешутся припечатать им в морду».
Приняв невозмутимый вид, я схватила за руку робко выглядывающую из-за двери туалета Нину и силком потащила ту за собой, намереваясь обойти эту аристократическую гоп-компанию. Еще теплилась надежда избежать конфликта, уж очень мне не хотелось начинать свою жизнь в этом мире с подобных разборок, и наживать себе врага.
С выражением вселенской скорби на лице, Меньшиков-младший шагнул ко мне, перекрывая мне один из путей отступления. Его друзья заходили с другой стороны, чтобы я не смогла сбежать в том направлении.
– Куда же ты? – притворно вздохнул мой преследователь.
– А не пойти бы тебе нахрен, дружочек? – спокойно заявила я, прерывая его влажные мечты.
– Что ты сказала?! – ошарашенно переспросил он.
– Повторяю для особо тупых, заткнись и уйди с дороги, придурок.
Аристократик покраснел и открыл рот, хватая воздух, как выброшенная на берег рыба.
Не дожидаясь его ответных действий, я быстро подошла к нему вплотную и нанесла короткий удар в пах. Влад тут же с громким стоном сложился пополам, превратившись из уверенного в себе парня в жалкое существо, вся жизнь которого – боль.
Получилось не так сильно, как хотелось, но я-то привыкла рассчитывать на свое «прошлое» тело, а это вон сразу повело от такого, самого простого приемчика. Но, в принципе, этому уроду и так хватило. М-да уж, первым делом нужно будет заняться своим физическим развитием.
С трудом удержавшись, чтобы не добавить своему обидчику, пока он беспомощно валяется у меня в ногах, я склонилась над его ухом и прошептала так, чтобы услышал только он:
– Слушай сюда, козел. Как раньше больше не будет. Считай, что я теперь другой человек. И если ты еще хоть раз подойдешь ко мне, я больше сдерживаться не буду, и твой отец навсегда лишится возможности иметь внуков. Надеюсь, ты меня услышал.
