Встреча Каждый раз, возвращаясь домой, он шел берегом реки. Вокруг часу ночи. Звезды светят, и водяная гладь кажется зеркалом неба. Как все, ему хотелось бы сесть в автобус и сэкономить время, но он огибает реку, наслаждаясь тихим укромным пейзажем. Эта встреча стала началом невообразимого приключений....
Она надменно посмотрела на него сверху вниз:
— Право, мистер Шон, я за вами не поспеваю.
— А я никуда и не спешил.
— Зато торопился ваш разум. Впредь попрошу вас держать его на привязи.
— Сложно, очень сложно. Где ж я найду такой крохотный ошейник, чтобы надеть на него? — воскликнул Шон.
Оба искоса посмотрели на Рида, как бы желая убедиться, добиваются ли хоть какого-то успеха.
Глаза Рида на мгновение стали похожи на настоящие глаза. Больные, но настоящие. У него даже немного подпрыгивали плечи, как от внутреннего смеха, слишком слабого, чтобы он мог прорваться наружу.
Шон встал и пододвинул ей стул.
— Нет-нет, не подходите ко мне близко, — капризно сказала она. — Особенно сзади.
Рид покачал головой и издал радостный гортанный звук.
Огни горели ярко. Теней на столе не было. Казалось, обед шел на залитом солнцем снегу. В серебре отражалось все, как в зеркале, хрусталь так и сверкал, а когда они развернули салфетки, приятно подуло белым ветром. Бриллиант на пальце у Джин служил своеобразным фокусом, вокруг него играли воображаемые и мимолетные нимбы зеленого и красного.
— Хороший суп, — похвалил Шон.
— Он называется «крем де ля крем — де ля крем».
— По-моему, одно «де ля крем» в нем лишнее.
— Собственно говоря, я даже укоротила его название. В нем на одно «де ля крем» больше, умник."
"Наступило короткое молчание. Какое может быть за любым столом — ничего зловещего, ничего продолжительного. Однако же оно предательски позволило просочиться в комнату и заявить о себе внешнему звуку, прежде чем они это осознали.
Носок ее туфли коснулся под столом ноги Шона.
— Дверь, — выдохнула она. — Быстрее.
И тут же зазвенела посуда и столовое серебро, чтобы как-то отвлечь внимание Рида.
Шон соскользнул со стула и сделал несколько танцевальных па вокруг стола. Дверь тихонько закрылась. Звук заглушили.
Теперь встала Джин и, вытянувшись у своего пустого стула, обратилась к самой себе:
— Можете убирать тарелки, Гретхен. Да, мэм, спасибо, мэм, сейчас уберу. Извините, мэм, вы должны мне зарплату за неделю с прошлой пятницы, мэм, так что не занимайтесь пустой болтовней.
