Россиянин Николай Рябинин отправляется на Донбасс воевать за ополченцев, где сталкивается с жестокой реальностью. Война разворачивается на фоне сложных исторических и личных драм, требуя от героя найти ответы. Перед ним встает вопрос о судьбе людей в условиях военных действий.
Раздел Chitat.online для книги «Убийство городов» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Россиянин Николай Рябинин отправляется на Донбасс воевать за ополченцев, где сталкивается с жестокой реальностью. Война разворачивается на фоне сложных исторических и личных драм, требуя от героя найти ответы. Перед ним встает вопрос о судьбе людей в условиях военных действий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Андреевич Проханов Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
Россиянин Николай Рябинин отправляется на Донбасс воевать за ополченцев, где сталкивается с жестокой реальностью. Война разворачивается на фоне сложных исторических и личных драм, требуя от героя найти ответы. Перед ним встает вопрос о судьбе людей в условиях военных действий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– А ну, дайте мне гада! – Из проулка выскочил нечесаный мужик в грязно-белой рубахе с шитым воротом, тот, что вчера самозабвенно танцевал под аккордеон. В руках его была охотничья двустволка. – Расступись!
Люди отхлынули. Летчик лежал с окровавленной головой, дергал ногами. Мужик приставил к голове летчика ружье и нажал оба курка. Грохнуло, разбрызгивая красную мякоть. От головы остался подбородок, оскаленный рот и рваная черно-красная дыра.
Все ахнули, отшатнулись. Мужик, хватая себя за расшитый ворот, побрел по проулку, волоча двустволку. Жила улыбался, снимал с лица бело-красный комочек мозга.
– Отставить! Отставить! – Курок подбегал, стреляя из пистолета в воздух. Остановился перед растерзанным телом. – Отставить, – бессмысленно прошептал он, опуская пистолет.
Появились те двое, в «балаклавах», что приехали на грузовичке. У них оставалась одна труба. Они сели в кузов грузовичка, где пузырился парашютный шелк, и укатили.
Народ расходился, оставляя посреди солнечной пыльной улицы изуродованное тело.
Рябинин, обессиленный, не понимая себя, не умея объяснить в себе вспышку звериной ненависти, сидел на краю транши. Тер землей башмак, на который капнул липкий комочек студня.
У ополченца Завитухи умер в Днепропетровске отец. Перенес несколько инфарктов после допросов в службе безопасности. Не вынес треволнений, и последний инфаркт унес его жизнь. Завитухе позвонила по мобильнику мать. Сказала, что похороны через день и отец перед смертью все повторял имя сына.
Завитуха зарыдал. Спрятал телефон в карман камуфлированного «лифчика», рядом с гранатой, и стал собираться в дорогу. В Днепропетровск, чтобы успеть на похороны. Его отговаривали. Укры, их служба безопасности, схватят его прямо у гроба отца. Все ополченцы, их позывные, имена, номера мобильных телефонов известны украм.
Завитуха отмахивался. Спрятал под матрас автомат, камуфляж, натягивал мятый пиджак, и его серые глаза были полны слез.
Позвали комбата. Курок явился из штаба и строго, проталкивая сквозь рыжую бороду слова, выговаривал Завитухе:
– Отставить! Оружие не прятать! Марш на боевое дежурство!
– Еду домой, командир. Надо поспеть к отцу. Послезавтра хоронят. Мать сказала, чтоб приезжал. – Завитуха упрямо, не глядя на комбата, засовывал под матрас автоматные рожки, «балаклаву», ручной фонарь – весь небогатый скарб ополченца, который ему не пригодится в дороге.
– Ну, ты понимаешь, Завитуха, куда ты идешь? За линией фронта тебя уже ждут, сразу скрутят. Твой телефонный разговор с матерью отследили. Ну, если не за линией фронта, то прямо у гроба отца, у могилы, на поминках. В наручники на глазах у матери, и в застенок. До смерти замучают.
– Должен с отцом повидаться. Не успел при жизни, так хоть в гробу посмотрю.
