Кое-какие отличительные особенности у них были, но не настолько явные, чтобы прямо-таки отпечататься на лбу. Взгляд цепкий, чаще холодный. Стопроцентное зрение. Все время начеку. Но это все же скорее внутренняя характеристика, чем внешняя.
С этим полковник и вернулся в купе. Наказав Рябинину и Виктору попеременно следить за их купе с внешней стороны, Гуров прилег на свою полку. В размышлениях он и задремал под стук колес. Это оказалось несложно для его организма, последние дни испытывавшего хронический дефицит сна.
Саратов показался Гурову менее ухоженным и цивильным, чем продвинутая Самара. Поезд прибыл на вокзал ранним сентябрьским утром. Пройдя через подземный переход, они оказались на привокзальной площади, где сразу же сели в такси, которое повезло их в гостиницу «Москва».
Этот день до самого вечера был почти копией предыдущего. Учитывая, что Эдику угрожала потенциальная опасность, Гуров не выступал с предложениями разнообразить досуг и прогуляться по развлекательным местам города, хотя сам Эдик и порывался это сделать, ссылаясь на то, что ему скучно.
В итоге парень пригласил в номер Диану, которая, к удивлению Гурова, согласилась. Они с Эдиком сидели в креслах. Общение, кажется, доставляло обоим приятные эмоции. Они вполголоса переговаривались, хихикали. Гуров терпеливо ждал вечера.
Когда они подъехали к зданию саратовского цирка, было еще светло. До начала концерта оставалось около часа, но поклонники, они же будущие зрители, уже начали собираться перед входом. Правда, внутрь их пока еще не пускали. Молодые люди сидели на парапете, окружавшем фонтан перед цирковым фасадом, либо прогуливались по небольшому скверику неподалеку, посматривая на часы и косясь на двери.
Гуров видел это из-за стеклянных дверей. Автомобиль подвез их не к главному входу, а вообще с другой улицы. Так что к дверям цирка они шли через довольно захолустный двор, образованный кирпичными двухэтажными зданиями, возведенными в позапрошлом веке. Артисты цирка вряд ли пользовались этой дорогой. Поэтому городские власти не старались ее облагородить. Они отдали это дело на откуп местным жителям.
Саратовский концерт начался примерно так же, как и вчерашний в Самаре. Эдик держался чуть получше, и настроение его явно поднялось. Он улыбался публике и даже пытался шутить с ней. Но все равно его манеры казались Гурову наигранными. Пожалуй, Носкову-младшему не мешало бы взять хотя бы несколько уроков сценического искусства. Если, конечно, его гипертрофированная лень позволит ему это сделать.
Первое отделение пролетело быстро, а вот во втором сразу же начались неприятности. Гуров еще перед концертом обратил внимание на группу молодых людей, человек пять-шесть, одетых в черные кожаные куртки с заклепками.