Автор
Джорджетт Хейер вернула второе рождение криминальному жанру, восхищая читательниц Агату Кристи. В этой книге Сэмптон Уорренби стал свидетелем убийств на Чарлз-стрит, открытие которого вызывает в удивленном обществе дрожь. Мрачные тени и холодное оружие создают напряженную атмосферу, заставляющую держаться ближайшим другом....
Если бы кто-нибудь попросил, миссис Джеймс Кейн охотно пересказала бы письма сыновей собственными, совсем не лестными словами, но это не мешало ей каждый понедельник тщательно изучать почту и радостно выуживать из нее два письма, превращавшие понедельник в красный день календаря.
На сей раз – как, впрочем, и всегда – письма не изобиловали сведениями о моральном и физическом благополучии ее отпрысков. Материнский вопрос о болях у Адриана в животе, которые могли свидетельствовать – или не свидетельствовать – об аппендиците, остался без ответа, как и обращенное к Сайласу требование «узнать у мистера Кентмера, когда будут короткие каникулы, чтобы мы с папой могли вас навестить».
Джеймс Кейн, обрадованный этим местом в письме, усмехнулся:
– Вот чертенок! А что пишет Сайлас?
Миссис Кейн с любовью в голосе зачитала письмо своего первенца. Оно открывалось почтительной надеждой на доброе здравие родителей. Автор просил передать папе, что «в матче против Сент-Стефанс мы выиграли 15:0, они продули вчистую». Умолял прислать ему конверт с почтовыми марками, помеченный как «мой обменный фонд». Уведомлял мать, что ввиду склонности неназванного лица или группы лиц к воровству ему требуется новая пара перчаток для игры в «пятерки».
– В общем, у них все хорошо! – Миссис Кейн спрятала в конверты оба захватывающих послания.
Мистер Кейн не стал спрашивать, на каком основании она сделала данный вывод. Его собственная почта содержала вызов в налоговое управление, который при недостаточном знакомстве с этой организацией можно было бы принять за неудачную шутку, поэтому просьба сына купить ему перчатки для игры в «пятерки» была воспринята в штыки.
– Хорошо, я напишу ему, что перчаток он не получит.
