Автор
Джорджетт Хейер вернула второе рождение криминальному жанру, восхищая читательниц Агату Кристи. В этой книге Сэмптон Уорренби стал свидетелем убийств на Чарлз-стрит, открытие которого вызывает в удивленном обществе дрожь. Мрачные тени и холодное оружие создают напряженную атмосферу, заставляющую держаться ближайшим другом....
А как насчет Хасуэлла?
– О нем мало что можно сказать, и, прошу прощения, сэр, в этом вся беда. Мы даже не знаем, где он находился и что делал до возвращения домой в восемь вечера.
– Зато нам известно, что Хасуэлл пользуется автомобилем. Если выбирать между автомобилем и мотоциклом, то я бы лучше попытался спрятать мотоцикл.
– Должно существовать место, где можно спрятать и то, и другое, – возразил инспектор. – Чем дольше я об этом размышляю, тем больше уверен: без транспорта было не обойтись. – Он помолчал, а потом выпалил: – Как вам гараж самого убитого? Я обратил внимание, что он двухместный.
– Что за пташка напела бы ему, как она поступит? – усмехнулся Хемингуэй. – Нет, Хорас, у вас определенно солнечный удар. Любой ждал бы, что она станет звонить в полицию или врачу, а не сбежит, потеряв голову!
– Девушки иногда теряют голову!
– Правильно, и не только девушки. Но когда так случается, не угадаешь заранее, что они выкинут, тем более к кому из четырех-пяти спятивших стариков они бросятся за утешением!
– Вы правы, – вздохнул Харботтл.
– Ничего странного, – произнес Хемингуэй. – Я от нее ничего иного и не ждал бы. Это ж какой удар для девушки, убедившей себя, что все вокруг купается в свете и любви! Немудрено потерять равновесие. – Он выбил трубку и поднялся.
"– Это равносильно поиску иголки в стоге сена, – мрачно изрек Харботтл. – Взял и выстрелил в землю, только и всего! – Видя насмешливо приподнятую бровь Хемингуэя, он добавил: – Нет, не в землю, иначе мисс Уорренби не услышала бы звук попадания пули.
– Своевременная оговорка, Хорас! – заметил Хемингуэй.
