А это было хорошо, потому что, как выяснялось, этим все и должно было ограничиться. — Это, наверное, перемены в жизни.
Этот намек на ее возраст заставил Барбару слегка отстраниться. Ну и ладно, легкий укол время от времени не помешает. Будет держать себя в форме. Пусть поймет, что теперь рядом с ней не тот одуревший от любви тюфяк, каким он выглядел пять лет назад. Он действительно был бы полным идиотом, если бы начал испытывать благодарность за то, что и так принадлежит ему по праву. Если бы голова у нее проболела еще немного, ее могли бы занести в «Книгу рекордов Гиннеса».
Его рука снова зашевелилась.
— Любимый… Пусик?
— М-м-м? — Ах, ничто не сравнится с шелком и кружевами. Разве что теплая мягкая обнаженная плоть.
— Не надо, милый… Послушай свою Барби…
Ворчание, ворчание. И шаловливое щенячье поскуливание.
— Я так ужасно переживала… Я знаю, что надо было рассказать тебе раньше… но я просто не знала, как сказать…
Страсть покинула его, он стал вдруг холоден как лед.
Он схватил жену за руки, всматриваясь в ее лицо в свете ночника. Как он мог не распознать источника ее безразличия и отчуждённости?
— У тебя был кто-то другой?!
— О Пусси! — воскликнула она и закрыла лицо руками. — Как ты мог подумать такое о своей бедной Барби?
Облегчение несколько вернуло его к жизни. Что-то шевельнулось там, внизу.
— Ладно… так что же тогда случилось? Это не может быть так уж страшно. Прошепчи мне на ушко.
Кружева снова натянулись, пока она собиралась с духом.
— Ну вот… я достала свою шубу из кладовки для свадьбы Трейсов и оставила ее на заднем сиденье в машине, пока ходила по магазинам, и… О дорогой!.. Ее украли… — Барбара расплакалась, потом, заметив, что муж продолжает молчать, незаметно посмотрела на него сквозь пальцы. Это действие, которое он когда-то считал очаровательным, теперь неприятно поразило его, как приличное только для трехлетнего ребенка. Это было мило до тошноты.
— Какого черта тебе понадобилось надевать норковую шубу в июле?
— Я хотела, чтобы ты мной гордился.
— Ты заявила в полицию?
— Нет… Я была в таком состоянии… Я покаталась по округе… а потом приехала домой.
— Надо сделать это завтра же. Расскажешь им все подробности. Слава богу она была застрахована.
— Да, милый… Теперь, конечно… — похожая на змею рука обвила его плечи и шею. — …Пусик купит своей плохой Барби другую шубку?
Взгляд Пусика не выдал его мыслей.
