Эта неудачная фраза напомнила ему о работе, и вкрадчивый шепот деревьев перестал казаться успокаивающим. Он вошел в дом.
— Я подогрела тебе суп. — Джойс была в домашнем халате и шлепанцах, она уже смыла косметику.
— О-ох!.. — Он обнял ее за талию. — Не стоило беспокоиться.
— Ну и как сегодня шли дела?
— Да так. — Барнеби взял кружку.
— Извини, но это не домашняя стряпня.
Барнеби с благодарностью приложился к кружке и сделал глоток бульона. Восхитительно. Глютамат натрия. Разрешенные консерванты. Производные нефти и факторы роста фибробластов.
И все вызывающие нервные расстройства «Е». Блаженство.
— Ты не забыл, что на выходные приезжает Калли?
— Честно говоря, забыл. — Барнеби опорожнил кружку.
— Хочешь еще?
— Не откажусь.
Она налила ему еще супа и, прежде чем он взялся за еду, обняла его.
— Том?
— М-м…
— Ты выглядишь печальным. — Она притянула его седеющую голову к своей теплой груди. — Хочешь, я тебя приласкаю немножко?"
"— Да, с удовольствием. — Барнеби поцеловал жену. От нее приятно пахло освежающей зубной пастой и детским лосьоном, которым она пользовалась вместо увлажняющего крема.
Он ощутил порыв благодарности. И сегодня, и в любой другой день, какими бы мрачными ни были рабочие часы, с приходом ночи он возвращался в лоно семьи. Он погладил Джойс по волосам, добавив: — И не только потому, что мне печально.
Глава 9
Это был замечательный день для свадьбы. К каменным аркам привязали гирлянды хмеля, перевитого плетями жасмина; каждую скамью украшали маленькие букетики в старинном стиле.
Ограждение алтаря утопало в туберозах. Невеста в сверкающем атласе и пене кружев была поразительно хороша. Жених подъезжал к ней по проходу между скамьями на своей коляске. Когда он задержался у ступенек, ведущих в алтарную часть, она повернулась к нему, и ее лицо постепенно исказилось от ужаса. На его сильных плечах высился голый ухмыляющийся череп. Священник проговорил:
— О, возлюбленные мои…
Прихожане улыбались. Никто, казалось, не замечал ничего необычного. Зазвонили колокола. Они звонили, звонили… Звонили…
Барнеби пошарил рукой на прикроватной тумбочке.
Найдя будильник, повернул его к себе циферблатом, вгляделся в стрелки. Господи, всего половина шестого. Он сдернул трубку с рычага.
— Барнеби. — Услышав ответ, он тут же проснулся. — Господи Иисусе!.. Балларда вызвали?.. Нет… сейчас буду.
Джойс заворочалась.
— Милый… Что случилось?
Он уже одевался.
— Надо ехать… не вставай.
Она с трудом села, поправляя подушки.
— Тебе надо позавтракать.
