Что куртка почернела от пота и вся изодрана, точно так же, как и кожа на лице, колючими плетями ежевики. Что он хватает ртом воздух, словно утопающий. Он немного постоял не шевелясь, пытаясь заставить себя успокоиться и поразмыслить трезво.
И тогда он увидел чемерицу и понял, почему грибные зонтики выглядят знакомыми. В нескольких футах от него был тот самый экран из переплетающихся веток. Он прошел вдоль него, почти неслышно ступая по толстой лесной подстилке, и вышел на край поляны.
Она расстилалась перед ним — довольно большой кусок земли был вытоптан, колокольчики и папоротники смяты и поломаны.
Кэтрин Лэйси лежала в объятиях своего любовника. Они прижимались друг к другу, словно дети, потерявшиеся в дикой чаще. Рядом с его безжизненной рукой валялся одинокий стакан. На ней было свадебное платье — водопад тугих атласных складок, и фата, прикрепленная к венку из диких цветов. Тонкая ткань фаты, богато расшитая жемчугом и стразами, струилась, словно пытаясь раствориться в лесном сумраке. Поразительная красота Кэтрин не померкла даже после ее смерти.
Пока Барнеби, лишившись дара речи, стоял над ними, с ветки слетел большой лист и опустился ей на лицо, ярко выделяясь на восковой коже и закрывая от света ее потухшие глаза.
Глава 3
— Как любезно с вашей стороны было зайти ко мне, господин инспектор.
Барнеби удобно устроился в гобеленовом кресле рядом с большим куском сливового пирога и бокалом коктейля.
— Ну что вы, мисс Беллрингер. Если бы не вы, как вы справедливо заметили еще в самом начале, вообще не было бы никакого дела.
— Знаете, я всегда подозревала эту девицу Лэйси.
— Да, — кивнул Барнеби. — Нередко возникает желание отбросить наиболее очевидный вариант. Но он часто оказывается верным.
— А когда вы поняли, что она работала не в одиночку…
— Совершенно верно. Тогда мне стало понятно, как были осуществлены все три убийства.
— Мне так жаль Филлис Каделл. Ужасная вышла история. Но я все-таки не совсем поняла, как это все получилось. Почему она призналась в том, чего не совершала?"
"— Это сложная история.
— Барнеби отхлебнул из бокала. — И чтобы все вам объяснить, придется вернуться на несколько лет в прошлое. Точнее сказать, в детство Лэйси. Помните миссис Шарп?
— Няню? Помню конечно. Бедняжка. Они уж заставили ее поплясать.
— То же самое говорила мне и миссис Рейнберд. Очевидно, в детстве они были не разлей вода, все время что-то подстраивали, замышляли, защищали и покрывали друг друга, но потом, когда повзрослели, все изменилось.
