Убийство церемониймейстера — читать онлайн бесплатно полностью

– Вот она, шельма! Сколь средствов из нашего дуралея выманила…

Клотильда Лавинэ действительно оказалась молодой и красивой. На обороте портрета обнаружилась надпись: «Котику от ево киски». Лыков стал засовывать добычу в карман, когда Василий Лукич обратился к нему:

– Ваше высокоблагородие! Правду говорят, что, ежели эта шалава не отыщется, барину каторги не миновать?

– Увы, правда.

– Вы уж сыщите ее! Я за вас весь остатний век Бога молить стану, только ослобоните Илидора от каторги! Он же мухи сроду не обидел, какое тут может быть убивство? В одном только и виноват, что доверчив. А такие люди Господу более других угодны!

И старик зарыдал в голос, бормоча бессвязно:

– За ним в каторгу пойду… Пропадет Илидорчик без меня, пропадет! Сыму домик напротив темницы и стану барина соблюдать… Найдите супостатов, не дайте злу свершиться! Найдите, Христом-Богом молю…

Лыков ушел с тяжелым сердцем.

В четыре часа пополудни он ступил на московский дебаркадер. Эх, Первопрестольная! Все те же суета да грязь. Нет в тебе столичного лоска…

С вокзала Алексей направился в Никитниковский переулок. На втором от угла доме, по правой стороне, красовалась подновленная вывеска: «Мастерская ретирадников привилегированных систем». Сыщик стукнул в раму два раза. Дернулась занавеска – кто-то разглядывал его изнутри. Затем дверь распахнулась, и раздался радостный голос:

– Заходи, редкий гость, гость дорогой!

Лыков шагнул в дом и попал в объятия крепкого мужика серьезной наружности. Это был Антон Решетов, помощник Степана Горсткина.

– Будь здоров, Антон Иваныч. Где сам? Дома ли?

– Чаевничает. Будешь себя хорошо вести, и тебе нальет…

Горсткин был начальником секретной службы поповцев австрийского согласия, иначе именуемых рогожцами. Это самый богатый в империи старообрядческий толк, и капиталы там огромные. А где большие деньги, случаются большие неприятности. Степан и его люди призваны их разрешать.

Год назад с Горсткиным приключилась беда. Мишка Мазурин, непутевый сын владельца Реутовской мануфактуры, нанюхался кокаину. И решил пристрелить папашу, а потом и себя. Неизвестно, что померещилось балованному кретину после «кикера». Но Мишка приставил к голове отца револьвер и долго объяснял ему, почему тот должен умереть. Полицию Мазурин-старший умолял не звать, поэтому послали за Горсткиным. Горсткин зашел, увидел жуткую картину и начал убалтывать кокаиниста. А сам незаметно подвигался к нему от порога. Ему оставалось всего ничего, как вдруг парень выстрелил. То ли Степан что-то не то ляпнул, то ли сдали траченые нервы. Пуля попала Горсткину в голень левой ноги и раздробила кость. Больше Мазурин-младший сделать ничего не успел.