Автор
В окрестностях Эшли-Грин уже стемнело, только полная луна освещала деревню. Свет от дома соседа был единственным светом в округе — все остальные dwellings были погружены во мрак. Деревья и здания создавали странные тени на белесых асфальтовых дорожках, словно городок оживал под ночным шепотом лунного света....
– Какую?
Сержант взял с тарелки бутерброд, сложил его пополам и отправил в рот. Когда он вновь обрел возможность говорить разборчиво, то произнес:
– Сказала следующее: что бы ни говорили другие, она готова взойти на гору и публично поклясться, что мастер Кеннет в полночь в субботу преспокойно лежал в своей постели и спал сном младенца.
– Так и сказала? – спросил Ханнасайд с легким удивлением.
– Не покажу под присягой, что буквально так, – ответил, не смущаясь, сержант. – Может быть, я передал их чуть поэтичнее.
– Не вижу тут ничего особенного, – сказал Ханнасайд. – Вполне очевидно, что положение юного Верекера очень шаткое, и если эта Мергатройд преданная старая служанка, то ее слова – просто доблестная попытка защитить его, какой вполне следовало ожидать.
– Супер, я этого не отрицаю. Согласен, это так.
Ханнасайд поставил чашку.
– Послушай, она так сказала или нет?
– Не говорила. Это моя мысль, сэр. Я понял, что она бы так поступила."
"– Почему?
– Психология, – ответил сержант, рассеянно беря четвертый бутерброд.
– Перестань, – грубовато сказал начальник. – Что ты узнал о шофере Верекера?
– Убил не он.
– Не трудись. Напишешь это в рапорте. А я, пожалуй, нанесу визит мисс Верекер.
Сержант с глубокомысленным видом приподнял бровь:
– Из-за нечистого на руку Рудольфа? Она получает письмо от Арнольда, где говорится о том, что Мезурье подделывает счета, и Арнольд грозится уничтожить его, едет в Эшли-Грин просить за жениха, а когда видит, что это бесполезно, закалывает жестокого единокровного брата. Я понять не могу, как она посадила его в колодки, но, судя по тому, что узнал о Верекерах, они выкинули бы шутку именно в этом духе и сочли бы ее очень забавной.
