В поместье не было хозяйки, о ежегодных подарках по случаю праздника заботился только старый слуга. Услышав, что это были подарки от отца Шэнь И, Чан Гэн особенно внимательно следил за старым слугой, поглядывая на него с любопытством.
Старик Шэнь тоже был чудаком. В юном возрасте он любил играть, продолжал играть в расцвете лет, а теперь, устав от игр на склоне лет, начал искать просветления и бессмертия, и не обращал внимания на обычный мир. Естественно, он предпочитал готовить пилюлю бессмертия и делать вино.
В подарках, которые господин Шэнь послал Гу Юню, антиквариат, шелка и прочие драгоценности... их там попросту не было. Зато вместо этого он подарил забитые доверху две телеги изготовленного им самим вина.
Чан Гэн не знал, смеяться или плакать. Как только он поднял глаза, увидел свежеиспеченного юго-западного командира, мчавшегося на своей лошади в его сторону.
Старый господин Шэнь приготовил этот подарок собственноручно. К тому времени, когда Шэнь И узнал о том, что задумал его отец, и погнался за повозкой, было уже слишком поздно. Шэнь И посмотрел на повозку с вином у входа в поместье, а затем спрятал лицо на шее своей лошади:
Позже вечером, когда Гу Юнь вернулся в поместье, он обратил внимание на слуг, что выгружали вино из повозки. Недалеко в стороне стоял Шэнь И с лицом белее мела.
Никто не знал, что Гу Юню сказал Император. Выражение лица маршала было совершенно безразличным, хотя он всегда становился счастливым, как только возвращался в поместье. Он не смеялся, когда входил в дверь, не шутил с караульными у ворот, похоже на этот раз он должно быть по-настоящему раздражен.
— Что ты здесь делаешь? — спросил Гу Юнь.
Шэнь И кивнул в сторону повозки с вином, от которой у него чуть сердце не разорвалось:
— Мой старик передал тебе взятку в знак благодарности за то, что из-за тебя меня повысили.
Гу Юнь сделал шаг вперед, взял один из кувшинов, сломал на нем печать, и, принюхавшись, сделал глоток, продолжая стоять на месте.
— Если жаждешь чего-то, то это получаешь. То, что это приготовил твой отец, я понял сразу по запаху, — вздохнув, сказал Гу Юнь. — Кстати, раз ты пришел, не уходи. Еще на наступил конец первого месяца, а мы оба уже оказались в разных уголках мира. Один из нас теперь на севере, а другой — на юге. Кто знает, когда наступит год обезьяны и месяц лошади [11], прежде чем мы встретимся вновь. Сегодня составь мне компанию и выпей со мной.
Шэнь И думал о том же и полностью согласился с маршалом.
— Где Чан Гэн? — спросил Гу Юнь.
Гу Юнь ошалело посмотрел на Шэнь И:
— Он настоял на том, чтобы приготовить для тебя миску лапши лично, — засмеялся Шэнь И. — Дядя Ван долго пытался его остановить, но не смог. Его Высочество цзюньван очень талантлив.