Автор
В мире Великой Лян, где жизнь изменилась благодаря паровым машинам, Чан Гэн узнает правду о своем прошлом. После вторжения варваров его жизнь оказывается ложью, полною дворцовых интриг и заговоров. Любопытные персонажи и тайны ждут своего раскрытия.
Жаль, что людской расчет не поддается сравнению с расчетом Всевышнего.
На следующий день, когда Гу Юнь, опираясь о гребень стены поместья, наблюдал за тренировкой Чан Гэна с мечом, перед ним неожиданно предстал Черный Орел, протянувший приказ с золотой биркой. Достаточно было одного взгляда на него, чтобы выражение лица Гу Юня в миг изменилось.
Император был в критическом состоянии. Аньдинхоу был отдан приказ как можно скорее вернуть четвертого принца в столицу.
Гу Юнь развернулся и спрыгнул со стены. Чан Гэну удалось расслышать отголоски разговора Аньдинхоу с кем-то за стеной двора:
— Пришли ко мне Цзипина, мы должны немедленно вернуться в столицу.
Чан Гэн был озадачен услышанным. Он опустил меч, чуя приближение непредвиденных обстоятельств.
Сколько людей оставалось уверенными, что он и есть четвертый принц? Все так думали, кроме него самого. Чан Гэн всегда ощущал себя обиженным этой жизнью. Если он действительно был принцем – чистокровным или нет, неужели не нашелся хоть один единственный родственник Сына Неба, кто бы мог приютить его?
Почему события в его жизни всегда складываются так, а не иначе?
В любом случае, принадлежал ли он к императорской семье или же родился отпрыском семьи нищих – в этом случае у него не было права голоса.
Гэ Пансяо, который все время наблюдал за Чан Гэном, подметил для себя, что у того было скверное настроение. Он внезапно улыбнулся и сказал:
— Старший брат, не волнуйся, я всегда буду следовать за тобой! Если ты станешь генералом – я буду твоим телохранителем! Если ты станешь чиновником – я буду твоим помощником. А если ты станешь Императором – я буду твоим евнухом... Эммм!..
Чан Гэн накрыл его рот ладонью и свирепо воззрился на мальчишку:
— Как ты смеешь говорить такие глупости? Тебе жить надоело?
Маленькая пара зрачков Гэ Пансяо скользнула влево, затем вправо, напоминая пару бобовых зерен в опустевшей тарелке.
Однако, если он все-таки решит сбежать, ему придется, в первую очередь, бросить Шилю... а потом только Гу Юня. Когда он начал прокручивать эту мысль, душу мальчика накрыла волна нестерпимой боли, как будто все внутри начало распадаться на куски. Похоже, у него не осталось выбора, кроме как на время отложить эту затею.
Продолжая плыть по течению, Гу Юнь уже готовился сопровождать его по пути в столицу.
Гэ Пансяо твердо решил, что будет следовать за старшим братиком куда угодно. Мальчик, выросший в маленьком городке, избрал путь, ведущий в столицу за тысячу километров от дома.
