Автор
Палаццо Фальконьери утопает на берегу итальянского озера в конце июня, когда тихий бриз кружит сосны и кипарисы, словно часовые стражи горной долины. Сад величав и красив, но его плотные тени и строгие очертания создают ощущение неприступности.
Поймав его взгляд, Вилланель подтягивает колени вверх, раздвигает ноги и начинает медленно и демонстративно ласкать себя пальцем. Анна-Лаура не обращает на это зрелище никакого внимания, но Ким таращится, не отрывая глаз от ее промежности. Вилланель отвечает на его взгляд, по страдальческому выражению лица замечая, как он старается сдерживаться, и наблюдает содрогания его оргазма. Через пару секунд Анна-Лаура жалобно вскрикивает и тихо опадает на него.
Вилланель в шезлонге поднимает руку и облизывает палец.
– Кто-нибудь хочет кофе? – спрашивает она.
Через полчаса Ким отправляется на свои балетные занятия, и Вилланель с Анной-Лаурой сидят теперь вдвоем на террасе.
– Жиль тебя еще трахает? – спрашивает Вилланель.
– Время от времени, – отвечает Анна-Лаура. Она достает сигарету из лежащей рядом пачки и щелкает золотой зажигалкой «Данхилл». – Он, наверное, боится, что если вообще перестанет, то я что-то заподозрю.
Они сидят молча. Перед ними – вид на крыши Шестого округа в безмятежном утреннем свете.
Со свинцового неба над Лондоном вот-вот польет дождь. В офисе над станцией «Гудж-стрит» Ева Поластри выдергивает из копира кусок зажеванной бумаги и задвигает лоток, но индикатор сбоя все равно продолжает мигать.
– Чтоб ты сдох, – бормочет она и тыкает на «вкл./выкл.». Ева пользуется пятнадцатилетним копиром, поскольку сканер приказал долго жить и теперь стоит на полу, ожидая, когда она рано или поздно о него споткнется.
