В темном лесу, где лишь странные блестки света прорывались сквозь толщу густых зарослей, стоял Сержант Леший. Он уже умирал... Но даже тогда его могучий череп и изящная рука с СВД казались необычайно мощными, наполненными невероятной силой. Мир вокруг затихал, оставаясь лишь наблюдателем этого последнего молнией быстрого движения – и тотчас все замирало....
Как раз столько времени джип перемещался от ворот до шоссе, и находящиеся в нем из-за жиденькой лесополосы не могли видеть наш участок. За это время нельзя убежать на достаточное расстояние, но запрыгнуть в окопы запросто.
Я считаю единицы транспорта. Всего с территории завода выкатились семь разномастных легковых авто. 0-Е! – как сказал бы Тэд. Ворота остались открытыми. Значит, их некому закрыть – все ломанулись выручать горячо любимого шефа.
Вот здорово! Можно смотаться туда и стащить колбасу. Заводик Лабаза производит просто потрясающую колбасу!
– Колбасы, что ли, стырить… – читает мои мысли Барин и с шумом втягивает воздух уголком плотно сжатого рта.
Я прыгаю с капота, рывком выдергиваю из салона «ПКМС» и устанавливаю его справа у заднего колеса джипа. Падаю на асфальт, веду подготовку для стрельбы лежа.
Ребята в «БМВ», естественно, видят мои телодвижения и наверняка удивляются.
– Ба-бах!!! – гремит оглушительный взрыв. Вообще-то создатели мины не предполагали, что она будет использована против хрупкого «немца». – «ТМК-2» предназначена для того, чтобы прожечь толстенное дно танка и уничтожить находящийся в нем экипаж фонтаном осколков раскаленного железа и избыточным давлением.
Спустя секунду следующая второй машина врезается в груду искореженного металла и мгновенно вспыхивает ярким пламенем. Остальные машины успевают начать торможение – но скорость движения колонны довольно приличная, и в результате они сбиваются в беспорядочную кучу. Вперед ехать не получается – дорога закрыта, а для маневра необходимо время.
В этот момент срабатывают четыре «МОН-50»,[13] заботливо установленные Барином в придорожных кустах. Полоса сплошного поражения – 200 метров. Все машины благополучно помещаются в эту полосу – Барин настоящий мастер. Нечеловеческие вопли на дороге кажутся настолько громкими и пронзительными, что хочется зажать уши. Чтобы быстрее их заглушить, я прицеливаюсь в полыхающий на шоссе факел и жму на спусковой крючок.
