В темном лесу, где лишь странные блестки света прорывались сквозь толщу густых зарослей, стоял Сержант Леший. Он уже умирал... Но даже тогда его могучий череп и изящная рука с СВД казались необычайно мощными, наполненными невероятной силой. Мир вокруг затихал, оставаясь лишь наблюдателем этого последнего молнией быстрого движения – и тотчас все замирало....
А потому пришлось отправляться в Чечню под эгидой восстановления разрушенного войной хозяйства, вырядившись на этот раз в форму бригады строителей…
С распределением проблем не возникло. Прибыв в Грозный, мы приперлись в комиссию по восстановлению и заявили тамошнему начальнику, что желаем трудиться в Мачкой-Арта-новском районе – в поселке Бурдаш. Мол, там прекрасная родниковая вода, воздух балдежный и вообще – классно.
– Будете работать, куда пошлю! – сердито заявил начальник. – У меня разнарядка на строительство… – И мгновенно заткнулся, обнаружив на столе пред своим носом невесть откуда взявшуюся пачку купюр достоинством в 100 штук – на общую сумму всего-то в три «лимона».
– Ну… В Бурдаш так в Бурдаш, – важно пробормотал начальник, с ловкостью фокусника смахивая купюры в ящик стола. – У нас везде работа найдется… – И моментально накатал соответствующее предписание. Таким образом, вопрос с командировкой в необходимый нам район был решен быстро и без осложнений."
"Проблем с экипировкой тоже не возникло.
На место мы прибыли без проблем и довольно комфортабельно устроились в вагончике-бытовке, вокруг которого сохранились ежи с колючей проволокой и какие-то рвы. Располагался вагончик в километре от села, на берегу ручья, рядом с которым имелись залежи сухостоя.
– Вот, живите, – широким жестом указал на наше временное обиталище сопровождавший нас замглавы администрации поселка по хозяйственным вопросам Ваха Инкельдинов.
Как выяснилось, в вагончике с полгода назад местные «духи» держали наших пленных. Этакий маленький концлагерек сельского масштаба.
