В темном лесу, где лишь странные блестки света прорывались сквозь толщу густых зарослей, стоял Сержант Леший. Он уже умирал... Но даже тогда его могучий череп и изящная рука с СВД казались необычайно мощными, наполненными невероятной силой. Мир вокруг затихал, оставаясь лишь наблюдателем этого последнего молнией быстрого движения – и тотчас все замирало....
Не знаю, не знаю – может, полковнику виднее с высоты своего опыта и бурно прожитых лет. Я, к примеру, явления такого типа всегда именовал скромно и просто – «разврат»…
Мои отношения с «агентами» сложились самым наилучшим образом. Как-никак, мы вылеплены из одного теста, все битые-ломаные, выброшенные на обочину. После трех недель совместных действий я могу с легким сердцем вести этот отряд на любое мероприятие, не испытывая при этом опасения, что в самый решающий момент кто-то из них выстрелит мне в спину или не исполнит приказ.
– Знаешь, я им всем это… ну, сказал, что ты – лидер. И чтобы они тебя слушались, – сообщил мне Шведов перед началом занятий. – Но ты понимаешь они же… они же не солдаты. Они офицеры все, воевали… В общем – тебе, наверно, поначалу туговато придется…
Да, полковник оказался прав. Ребятишки появление невесть откуда взявшегося «преподавателя» восприняли весьма недружелюбно, я бы даже сказал – агрессивно.
"– А-а-а-а-! Дак это тебя мы из бочки доставали! – воскликнул один из агентов – длинный парень с лицом дамского угодника. – Ну что – крыша восстановилась? – Как видите, совсем невежливо и даже не по-дружески. О каком таком моментальном завоевании авторитета могла идти речь?!
Когда принимаешься за обучение желторотых пацанов, за тобой автоматически закрепляется имидж бывалого воина и крутого парня. Мальчишки готовы визжать от восторга, что угодили в спецназ (ну, это только поначалу!), и любое твое движение истолковывают как некое божественное откровение.
Здесь все обстояло гораздо сложнее. Стрелять они умеют не хуже меня – имел случай убедиться.
