Как полицейский, Ирина отлично знала – самое страшное зло начинается именно с такого: «Деточка не хотел, не подумал, не знал…» Увы, незнание закона не освобождает от ответственности!
Именно это потом и заявляет адвокат на суде. Но тех, кто пострадал от рук деточки, уже не вернешь, нет…
Юлию Ивановну Ирине искренне стало жалко.
Может, относись она к разновидности «жаба школьная, особо ядовитая», Ирина и не почувствовала бы ничего. Работа и работа…
Но в палате лежала словно бы усохшая за один день старушка. Седая, с трясущимися пальцами. А та же Татьяна не отходила от матери, держа ее за руку и уговаривая не переживать.
Черт с ней, с той школой, внуками заниматься будешь?
Родим для такого случая, муж согласен, деньги есть, крыша над головой есть… Хватит! Довольно! Нечего себя так уродовать. Мало ли что два выпускных класса и в школу работать никто не идет… и что?
Пусть родители малолетних уродцев и разбираются, кто их отпрысков учить будет!
Ирину Татьяна встретила настороженно, но постепенно лед растаял.
Ирина тщательно записала все фамилии и имена, положила себе разобраться, кто там при чем, и направилась в школу.
– …шутка! Просто безобидная шутка, они же дети!
Ирина прищурилась на директрису. Софья Семеновна жестикулировала, пытаясь убедить несговорчивую участковую в том, что инфаркт – это так. Развлечение для… какого класса?
Ах, девятый… хим-био, к чему им та история? Для общего развития? Чтобы не выглядеть идиотами?
Ну, последнее – это не аргумент, дураков сейчас столько, что еще пара десятков ничего не прибавят и не убавят, даже заметны не будут. Но…
Ирине было противно.
Она пока еще не понимала, почему, но…
– Софья Семеновна, а расскажите мне об этих ребятах? Хотя бы по паре слов о каждом?
– Я лучше классного руководителя позову…
– Не верю, что вы ничего о них не знаете. С вашим-то опытом…
Тетка знала. Расплылась в улыбке и принялась рассказывать. Видимо, не в первый раз шкодили паршивцы.
Ирина смотрела. И словно расплывалось что-то… Как будто слова говорились одни, а слышала она нечто совсем другое…
– Софья Семеновна, отец Пилькина ведь школе много всего подарил, правда?
Директриса закивала.
– И отец Семечкина тоже…
– И у Дергунчикова мать богатая…
Тетка и сама не могла понять, почему она отвечает правдиво. Словно бы во сне. А Ирина откуда-то знала, что именно спросить.
Так оно и будет проявляться? Так странно…
Как поняла Ирина, в одном потоке оказалось несколько деток «уважаемых родителей». Кто их уважал, неясно, но деньги у них точно были. Так что…
Школе перепадало по мелочи. Телевизор, магнитофон, спонсорская помощь, шубка для директрисы…
Было ей за что и любить. и прикрывать деточек.