Спокойно так, уютно…
Пахло сосной и хорошим кофе, шумел за окнами ветер, плавно танцевали ветви деревьев, то заслоняя звезды причудливым кружевом, то сдергивая с неба вуаль, что-то мурлыкал себе под нос оборотень… и Ирина попросту расслабилась, соскальзывая в особое пограничное состояние на рубеже сна и яви.
Да, здесь, именно здесь, и именно так.
Здесь и сейчас она напоминает себе камертон, по которому постучали специальной палочкой. А Кирилл играет роль резонаторного ящичка.
И сила, словно звук, расходится волнами во все стороны, разыскивая человека, который ей нужен.
Ирина искала, погружаясь все глубже, лучи силы расходились дальше и дальше…
Вот они цепанули нечто знакомое…
Оставим, отложим в памяти…
И по спирали, расширяющимися кругами, как от камня, брошенного в воду…. И вот уже вдалеке…
Ирина выцепила знакомый отклик самым кончиком сознания.
Глухо, словно за плотной занавесью, но сомнений не было.
Жива, здорова, вроде бы…
Запомнить направление и расстояние, этого хватит. И – наверх. Вынырнуть из транса, словно из воды, глубоко вдохнуть…
И свалиться в то же кресло с диким приступом головной боли. Кого хоть раз накрывало мигренью, тот поймет.
Кирилл глухо застонал с пола. Потом протянул руку, стащил со стола бутылку с водкой и только крышечка хрустнула. Водка отправилась в желудок оборотня винтом, чуть не половина емкости. Туда же направился здоровущий кусок мяса, а Ирине ткнули в пальцы бутылку с колой. Уже обезглавленную и открытую.
Ирина сделала несколько глотков.
Желудок даже не вопил – он выл, словно пожарная сирена. Вот так-то лучше…
Постепенно боль начала утихать.
Кирилл почти не сомневался в ответе, но мало ли?
Ирина опустила глаза.
– Я сейчас позвоню и съездим. Хочешь?
Ведьма подскочила в кресле, получила еще один спазм сосудов и откинулась на спинку, злобно зашипев.
– Таким не шутят. Законно ты действовать не можешь, давай действовать эффективно.
– Буду должна, – решила Ирина. – Звони.
Девушка кивнула и тоже утащила кусок мяса. Сахар – это хорошо, но можно бы и белка добавить?
Пока Кирилл звонил, они сидела в кресле и размышляла.
Да, партизанщина получается. И она оказывается в должниках не пойми у кого. У церкви?
С большой долей вероятности. Но выбора-то нет…
Если бы не разговор с Колей, она бы попробовала договориться с Иваном Петровичем, как-то объяснить свои знания, что-то придумать…
Но сейчас рисковать не хотелось. Люся – ее подруга. Стоит ли рисковать ее жизнью?
Эх, и так плохо, и этак нехорошо. Но и выбора нет, своих знакомств у нее пока еще мало…
Ирина махнула рукой и решила, что сначала надо вытащить подругу, а там уж по обстоятельствам.