А если она замуж выйти решит? Если дети появятся?
Это Ирина и озвучила вслух.
– Тогда им тем более будет нужна бабушка, – махнула рукой пожилая женщина. – Вы ведь работать будете, правильно? А дети и болеют, и в тот же садик их надо отвести – забрать, и продукты купить, и что-то приготовить…
– Светлана Сигизмундовна, вы ведь меня совсем не знаете!
– Главное уже знаю, – пожилая женщина смотрела спокойно и твердо. – Ты – человек порядочный. А кто где родился, кто где учился… разве это важно? Может и с шестью высшими образованиями сволочь быть, и без образования человек хороший. И у английского короля подонок родится, и у африканского бедняка – герой. Всякое бывает, а главное быть просто человеком.
Ирина медленно опустила голову.
Вот в ее семье – как? Когда она даже не дочь, так, проходная единица, а Викочка любимое и ясное солнышко?
Ну да бог с ними, с ее бывшей семьей. Она их отпустила и зла не держит, просто не существуют для нее больше такие люди. Не нужны они ей. И она им не нужна, и нужна никогда не будет.
Может, и правда настало время обзаводиться новой родней?
Черт с ней, с общей кровью, Каин и Авель братьями были, так это убийству никак не помешало. Родня – не те, кто из одного полового органа появился, а те, кто друг друга в беде не бросят, и никак иначе.
– Кирилл, а в честь чего такие изменения?
– Мишка должен остался. Мы с ним поговорили и решили. Ты ведь квартиру не примешь, знаю я тебя.
Ирина покачала головой. Не приняла бы. Еще и поругались.
– А вот так – против не будешь. И не твое это пока, и тете Свете поможешь, и сама без горячего ужина не останешься…
Ирина подумала немного – и махнула рукой.
– А… пусть так и будет!
– Вот и замечательно! Ирочка, пойдемте, я комнаты покажу?
Две комнаты оказались без мебели. Покрашенные стены, побеленные потолки, неброские тона. Одна комната, побольше, в персиковых тонах, вторая, чуть поменьше – в голубоватых.
– И никаких обоев не надо!
Светлана Сигизмундовна улыбалась. В ее комнате тоже сделали косметический ремонт. Побелили потолки, ободрали старые обои и покрасили стены. Ее все устраивало.
– Светлана Сигизмундовна, давайте я поселюсь в голубой комнате, а в большой сделаем гостиную? Чтобы и чайку попить, и посидеть…
– Почему нет? – подмигнула Ирина. – Ваша комната, моя комната, нейтральная территория – в самый раз.
– А если дети пойдут?
– Я в ближайшие лет двадцать замуж не собираюсь, – отрезала Ирина.
Вот еще, Женечка… козел! Что он родителям наплел, что они вот так пресмыкаться решили?
Что придумал, что ляпнул?
Неизвестно. Но Ирина подозревала, что ей это не понравится.
Пожилая женщина не стала спорить, только улыбнулась. Двадцать так двадцать, как скажешь, девочка. Но детям все равно нужна будет бабушка.
Ирина задумалась ненадолго.