– Вы сможете заняться этими воровками?
– Одной – точно, – вздохнула Ирина. – Да и участок мой…
Понесло ее после работы…
Вот покупала б она продукты где-нибудь на окраине Кораблика… на противоположной. А она зарулила в ближайший к работе супермаркет.
– Она утверждает, что не воровала, а кошельки ей подкинули, – Ирина развела руками. – Задержать получится по подозрению в совершении преступления, но это на три часа, разве что протокол составим. И то – если вы не откажетесь.
– Эммм… – управляющий все же вмешался в разговор. – Дамы, господа, может, не будем поднимать шум?
– Простим воришек? – уточнила Ирина. – А завтра они опять что-то утянут.
– Мы их в магазин не пустим, – ничтоже сумняшеся пообещал мужчина.
– У нас по городу хватает и магазинов, и любящих бабушек с деньгами… извините. Не из-за возраста, но если ваша дочь родила, значит, вы бабушка? Хотя и в таком молодом возрасте.
«Перекисная» дама, которая настроилась уже рявкнуть что-то вроде: «В моем возрасте?!» или «Хамы!» прикрыла рот.
Понятное дело, бабушкой быть не хочется. Хочется быть молодой и красивой, но ей это и сказали. Можно не скандалить.
– Не хотелось бы, чтобы о нашем супермаркете шла дурная слава, – нахмурился управляющий.
– А вы загладьте свою вину, – вкрадчиво предложил Кирилл. – Дайте дамам карты на максимальную скидку, или что там им захочется. А воришек предлагаю погрузить в машину и отвезти в отделение.
– Сейчас вызову наряд, – кивнула Ирина.
Управляющий скривился.
– Может… не надо наряд?
– А как тогда? – удивилась девушка.
– Мы вам дадим фургон, вы их довезете. Просто наряд, в магазине…. Не надо, пожалуйста.
Ирина понимающе кивнула.
– Потерпевшие могут написать заявление прямо здесь, – согласилась она.
Возиться ей не хотелось. Но не отпускать же воровок по причине своей лени? Рабочий день полицейского – штука ненормированная. Могут и в час ночи дернуть, и после работы оставить, и в шесть утра вызвать…
Вспоминая классика: тебя посадят, а ты не воруй.
Морализаторство? Да на здоровье! Оправдывайте вора, сколько хотите, только учтите: Робин Гуд был не благородный разбойник, а гопник из подворотни. И так же резал, грабил, убивал, и плевать ему было на возраст жертвы, на ее состояние, на моральные страдания.
А красивые слова «делился с бедными»…
Где-то ему надо было прятаться, что-то кушать, сбывать награбленное. Вот и дележка. Не отстегивай он местным крестьянам долю малую – мигом бы вычислили голубчика. А в те времена не сажали – вешали.
Оправдывая преступление – поставь себя на место потерпевшего. Вдруг да не понравится?
– Я могу поехать в участок, – вступила «пергидрольная» дама, – а за мультиваркой приеду позднее.