Кто его будет слушать в круглосуточном интернате? Да никто! А здесь и внимание все его, и слушают, и реагируют, и не накажут, и…
А вот там еще такой робот…
Кирилл честно исчезал и пытался вынюхивать вампира. Но – увы.
Если их клиент здесь и бывал, то слишком давно. Не то что следы исчезли – воспоминания о следах и те простыли.
Ирина пыталась расспрашивать официантов, продавцов, аккуратно, не привлекая внимания, как бы исподволь, но – бесполезно.
Никто вампира не помнил.
Ругайся, не ругайся…
Зато у Гошки получается отличный день.
Захваченная своими мыслями, Ирина на какое-то время перестала обращать внимание на Гошкину болтовню, реагируя чисто механически – и тут же пожалела об этом.
– Кто исчез, еще раз скажи?
В этот раз Ирина слушала Гошкину историю очень внимательно. Что оказалось…
К ним в интернат перешла воспитательница.
Работала она раньше в доме для отказников, но не простых, а с проблемами.
Детей усыновляют легко. Особенно если от них еще в роддоме отказываются. Но!
Если у них нет никаких патологий.
Волчья пасть, заячья губа, всевозможные генетические нарушения, болезнь Дауна…
Это – еще не полный список того, что может выпасть на рулетке природы. И родители поступают по-разному.
Кто-то этих детей забирает, любит, воспитывает, жизни для них не жалеет – низкий им поклон.
Кто-то из родителей наоборот, пишет отказ. Хотя какие они родители?
Доноры спермы, доноры яйцеклеток… недаром с давних пор идет одно и то же.
Не та мать, что родила, а та, что вырастила.
Не те родители, которые дитя сделали. А те, кто вкладывал силы, время, ночей не спал, от себя кусок отрывал, чтобы малышу подсунуть…
Хорошо, если такие на стороне найдутся. А если нет?
Если ребенок рождается с физическими патологиями – это не так страшно. Можно что-то скомпенсировать, можно сделать операцию, можно…
Да многое сейчас можно, было бы время и силы. Деньги?
Даже это не обязательно, Ирина знала одну девушку, которая добровольно предложила себя в качестве донора, а ей за это оплатили пластическую операцию.
Конечно, донорство костного мозга – это больно. И страшно. Но… и с родимым пятном на пол-лица жить тоже не сахар.
А вот что делать с патологиями головного мозга?
То, что не лечится и особо не компенсируется?
Когда понимаешь, что твой ребенок навсегда останется – ладно еще, если ребенком. А если на уровне дикого животного? Еще и хищного иногда?
Компенсировать лекарствами?
Определять в интернат?
Так и мест в интернатах мало, и…
Чаще всего такие семьи распадаются в первый же месяц после родов. С мужским воплем: «В моей семье уродов не было! Это ты виновата!!!»
С детьми остаются биться женщины, их родители, а иногда и того нет.
Как работать? Неизвестно.
Тоже непонятно.