И жаловалась иногда, дело наше такое, не посплетничать-то?
Ирина закивала, подтверждая, что без сплетен жить нельзя на свете, нет…
– Вот. Она матери и рассказывала иногда, что дар у нее такой… по любовным делам она ничего не может. Ни приворотов, ни отворотов. Не дано. А вот что пропавшее найти, скрытое увидеть… это она может. И проклясть может, да. Только за такое расплачиваться потом придется, и кровью, и жизнями близких, и много еще чем. Не просто так говорят язык придерживать. Будущее она иногда только видела, часто не получалось. И то не всегда, говорила.
Вот уж что Ирину искренне удивляло.
– А она говорила, будущее – не определено. Это как дороги, может, по одной пойдешь, может, по другой… только на то Бог человека свободным и творил, чтобы тот сам выбирал.
– Ага, я таких каждый день вижу, «свободных».
– Это тоже их выбор. Коля выбирал – пить или не пить, я выбирала – оставаться с ним или уйти… Все дороги не увидишь, конец в тумане, а по ближайшему будущему судить тоже глупо. Сейчас тебе скажут, пойди направо, там деньги лежат. Пойдешь ты, найдешь, а тебя за них через месяц зарежут да со всей семьей.
Ирина кивнула еще раз. Она поняла.
– Это… тоже она говорила?
– Да. Она мне потом много чего рассказала… Кстати, и перед Клавкой тетя Паша себя виноватой чувствовала.
– А той дара не досталось. Вообще никакого.
– Но это ж от матери не зависит?
– А Клавка считала, что зависит. Хотелось ей жутко, да бодливой корове бог рог не дал. Орала она, бесилась, такое не скроешь… Тетя Паша ей рот и замкнула.
– Ты что думаешь, о матери она слова не скажет. Про ведьмовство промолчит, а о матери будет говорить только хорошее.
– Она и такое могла?
– Прасковья много чего могла. И смерть свою заранее знала. Позвонила мне, поговорили мы в тот день.
– Да. Она меня кое о чем просила… Это уж личное.
Ирина не стала допытываться. Мало ли о чем и кто мог попросить.
– Значит, с ее дочкой говорить смысла нет.
– Смотря о чем. Такого она не расскажет, а тебе вряд ли другое нужно, верно ведь?
– Мужики ворчать будут, глупости все это. Но ты так не считаешь.
Ирина так действительно не считала. Какие уж там глупости…
– Жаль, что она свои знания никому не передала.
– Как знать, как знать…
Ирина опять навострила уши. Наталья Николаевна развела руками.
– Прасковья сказала, что преемница придет. Обязательно. Меня попросила, если что, отвечать честно на все вопросы, рассказывать, как есть. Любому, кто спросит. И если уж речь зашла о таком, сказать, что сила как вода, она себе дорожку найдет, а умение – дело наживное. Главное помнить, что за все платить требуется.
Ирина аж поежилась. По спине холодок пробежал.
Наталья Николаевна заметила это и махнула рукой.
– Сказать я сказала, еще кто спросит – то же скажу.