– В церкви много и хорошего.
– Я и это допускаю. Просто не хочу иметь ничего общего с церковниками. Я уважаю твой выбор, изволь уважать мой.
Кирилл пожал плечами.
– Служить или не служить – каждый решает для себя. Не людям, идее. Полицию ведь тоже грязью поливают…
С этим было сложно спорить.
– Мы пользу приносим.
Ирина насмешливо хмыкнула. Ага, приносим и раздаем. Уж извините! Вон, на Западе с тем же самым идут к психоаналитику, может, и пользы-то больше. А у нас чуть что – боженьку за ноженьку. Ирина б на месте Бога давно кого молнией шарахнула и предложила зад поднять.
А сколько всяких гадостей… Ладно.
Не будем о грустном, полицию тоже так поливают, что не всякая дождевальная установка догонит.
Оборотень, кажется, понял, что препираться она не настроена, и деловито развернул еще одно мороженое.
– Тебе дальше о нас рассказывать?
– Есть еще один подвид. Слышала о вурдалаках?
Слышала, а то как же. В школе.
– Стихи учила. Как кто-то шел через кладбище и чуть не описался со страха. Думал, там вурдалак, а там собака кость гложет.
– А что такое вурдалак?
– Нет. Вурдалак и упырь суть вещи разные. Упырь – неупокоенный мертвец, вурдалак – оборотень, попробовавший человечину. В нашей терминологии. Не в общепринятой.
– Хм… Если ты меня покусаешь, то станешь красноглазым?
– Нет. Если убью – тоже не стану. Только если сожру. И вообще, пристращусь к человечине.
– Угу. Оборотень-людоед. Замечательно. Ориентировки уже радуют, – кивнула Ирина.
– Я тебе больше скажу. Я подозреваю, что именно этот оборотень причастен к вашим смертям. В том числе к той, на кладбище…
Ирина поняла, о чем речь. И задумалась.
– Ты догадалась, что это Одаль?
– Да. Только вот в чем смысл?
– Я так полагаю, в наследстве ведьмы.
– Не тебе оно должно было достаться. А тому, кто ждал ее кончины.
– Так зачем было полквартала баламутить?
– Да потому, что настоящую ведьму просто не найти. Это ты пока еще молодая, глупая. А настоящие к себе дорогу путают, заговаривают, чтобы находили их только от нужды.
– А еще дорогу заговаривают от тех, кто хочет им причинить зло.
Ирина потерла лоб, пытаясь сообразить, в чем смысл. Потом дошло.
– Ага. То есть Прасковья закрыла дорогу данному вурдалаку, и он не мог к ней попасть?
– Потому и рыскал по кварталу. А в ночь ее смерти заклятие рассеялось.
Ирина лихорадочно складывала два и два.
Получалось так. Есть ведьма, которой скоро умирать. Есть сила, которую надо передать. За ней пошел вурдалак…
– А вурдалаку нужна эта сила? Для чего?
– Вурдалаку не нужна. А вот его хозяину или хозяйке…
– У него такие есть?
Действительно, мог бы и притащить безделушку в зубах, чай, не переломится. Не сто кило весом монетка.