Причины возвышения Москвы
Было уже сказано (§ 36), что в эпоху татарского завоевания во Владимиро-Суздальской Руси развился удельный порядок княжеского владения, прекратившийся с усилением Московского княжества.
§ 43. Первые московские князья
С упадком Киева, когда его покинули старшие князья, должен был возникнуть вопрос и о том, где быть митрополиту всея Руси: оставаться ли ему в заглохшем Киеве или искать нового места жительства? Около 1300 г. митрополит Максим решил этот вопрос, переселившись во Владимир-на-Клязьме после одного из татарских погромов в Киеве.
Уход владыки на север побудил галичских князей просить Цареградского патриарха устроить особую митрополию в юго-западной Руси. Но патриарх не согласился разделить русскую церковь. После смерти Максима он поставил на Русь митрополитом игумена Петра, волынца родом; а Петр, осмотревшись в Киеве, поступил так же, как Максим, и переехал на север. Официальным местопребыванием его стал стольный город Владимир; но так как в этом городе великие князья уже не жили и за Владимир спорили Москва с Тверью, то Петр решительно склонился в пользу Москвы, во всем поддерживал Московского князя Ивана Калиту, подолгу живал у него в Москве и основал там знаменитый Успенский собор, наподобие Успенского собора Владимирского.
В этом соборе он и был погребен, когда кончина застигла его в Москве. Его преемник грек Феогност уже окончательно утвердился в Москве, и, таким образом, Москва стала церковною столицею всей Русской земли.
Ясна вся важность этого события: в одно и то же время в Москве образовалось средоточие и политической, и церковной власти, и, таким образом, прежде малый, город Москва стал центром «всея Руси». Предание говорит, что, создавая Успенский собор в Москве как главную святыню зарождавшегося государства, святитель Петр предсказал славное будущее Москвы Ивану Калите, тогда еще не получившему великого княжения.
Благодарные москвичи необыкновенно чтили память Петра митрополита и причли его к лику святых как «всея России чудотворца» вскоре же по его кончине.
Вместе с боярством и духовенство проявляло особое сочувствие и содействие московским князьям. После того, как митрополит Феогност окончательно поселился в Москве, он подготовил себе преемника — московского инока, москвича родом, Алексия, происходившего из знатной боярской семьи (Плещеевых).