Этьен сидел напротив, стиснув зубы и стараясь ни к чему не касаться спиной.
– Давай полечу, – предложила я.
– Что у тебя за мания? – нахмурившись, поднял глаза Этьен. – У самой… вид, что уже отпевать можно.
Я не ответила, только ссутулилась, чувствуя себя слабой и никудышной – сижу перед парнем, в которого влюблена, с растрепанными волосами, в грязной рубашке с драным рукавом, босая и бледная, как смерть, и креплюсь, чтобы не потерять сознание. К тому же со мной нельзя даже поцеловаться! Да уж, лучше возлюбленной не придумаешь. Захотелось плакать.
Взгляд Этьена смягчился, он заправил выбившуюся прядь мне за ухо и нежно дотронулся до моей руки:
– Ты чего, Абели?
Я только шмыгнула носом и попыталась улыбнуться:
– Невеста для трупа, да?
– Эй, глупышка! Да ты знаешь, что даже… синяя – ты красивей любой другой пусть и самой румяной. Я не хочу, чтобы тебе было хуже, понимаешь? Куда тебе еще, такой… маленькой?
Я всхлипнула и прижала его ладонь к своей щеке.
– Я так боялась, что тебя уже нет…
– Милая моя девочка, – Этьен пересел и обнял меня действующей рукой. Стало безмерно хорошо – будто я дома, в безопасности, в тепле. Я закрыла глаза и расслабилась, наконец.
Он помолчал, а потом выдавил обеспокоенно:
– А они тебя тоже… гм… допрашивали?
– Нет, не успели. Только твой отец забрал зачем-то мою кровь. Много крови.
– Гад, – проскрежетал зубами Этьен. – Понятно, отчего ты такая бледная. Тебе теперь надо много есть и пить, чтобы восстановиться. Особенно мяса и вина красного. И еще: будь осторожна, он колдовать станет на крови. Я наверняка знаю, – Этьен кивнул на бутыль. – Возьми, попей.
– Спасибо, – было приятно, что Этьен проявляет обо мне заботу.
Судя по его выражению лица, его что-то беспокоило. Этьен явно хотел что-то сказать, но молчал, кусая губы. Я не знала, стоит ли его торопить? Наверное, нет. Скажет, когда решит сам. Нам обоим нужно прийти в себя после пережитого. Вздохнув, я посмотрела в окно.
Мы ехали быстро. Карету нещадно раскачивало на старых пружинах. Впереди поблескивала река, в просветы между темно-зелеными лапами могучих елей показались громоздкие опоры. Я затаила дыхание – уже мост! Так скоро! А за ним Франция! Мы спасены!
Найдет ли меня мадам Тэйра? Жаль, если нет. Я уже успела к ней привыкнуть, и к Огюстену, и даже к разбойникам. Но возвращаться было бы неразумно. Я в мыслях послала благодарность всем своим спутникам за помощь и поддержку, решив, что мы с Этьеном сами доберемся до Парижа.
К счастью, теперь у нас есть карета и помощники, иначе пришлось бы трудно. После ночи в замке Майа мы с Этьеном можем посоревноваться в проворности разве что с чахоточными старушками на костылях.
Я отхлебнула вина, и почувствовала приятное тепло во рту, а потом и во всем теле.