В Ученице, мир переплетается с прошлым, где все кажется неумолимо далеким и запутанным. В каждой странице вы найдете реальные истории о сильных женщинах - от первой леди до таинственной жизни женщин-президентов Америки. Осознание приходит позже, когда каждая героиня делится своими тонкими и непростыми чувствами, ставящими во главу угла процесс и цель образования как единое целое....
Тайлер все еще не пришел в себя после разговора с отцом, когда у него зазвонил телефон. Он подумал, что отец решил извиниться, но это был Шон. Отец ему все рассказал.
– Я могу вышвырнуть тебя из этой семьи за пару минут, – сказал Шон. – Ты знаешь, что я могу. Спроси у Тары.
Я слушала Тайлера, вперившись взглядом в застывшее изображение Сары Мишель Геллар. Тайлер говорил долго, перескакивая с одного события на другое. Я чувствовала, что он пытается найти объяснение и терзается чувством вины.
"Я слушала отстраненно, словно меня это не интересовало. Мне казалось, что наши отношения с Тайлером, братом, которого я любила всю жизнь, предопределены. Я словно смотрела знакомый фильм и знала концовку. Я уже прожила эту драму вместе с сестрой.
И я заранее знала, что Тайлер пойдет тем же путем. Я уже слышала эти его слова через помехи дальней связи. Он решил, что делать, но я знала нечто такое, чего он не знал: решение уже принято, и теперь ему предстоит лишь оправдать его.
В октябре я получила письмо.
Файл PDF был приложен к электронному письму от Тайлера и Стефани. В письме говорилось, что они тщательно обдумали, что именно хотят сказать родителям, и отправят им копию этого файла. Я поняла, что это значит. Это значило, что Тайлер готов отказаться от меня, заговорить отцовскими словами, назвать меня одержимой и опасной. Письмо – это ваучер, пропуск обратно в семью.
Я никак не могла заставить себя открыть вложение.
Как просить прощение за то, что ты испортила отношения человека с его отцом, со всей его семьей? Для этого нет слов.
Я кликнула мышкой, и вложение открылось.
