Автор
В семье Катрин царил мрачный покой - отец, обрюзгший старичок с никотиновой щеткой на губах, только защищаясь крикнул быстрее, чем успел закурить. Несмотря на постоянную безработицу и непрекращающийся боксёрский труд, подъезд оставался унаправленным пространством, где Катрин чувствовала себя чужой....
Перемещаться ещё раз через квартиру своих родителей Катрин не решилась – второе подобное появление могло стать причиной инфаркта у матери.
Открыв дверь, девочка кинулась вниз по лестничным пролётам. До дома было меньше километра, но ей хотелось скорее покончить со всем этим. Катрин ненавидела себя за то, что не смогла помочь отцу своей подруги, и даже тот факт, что она сделала всё возможное, не оправдывал её.
«Надеюсь, что я смогу отдать книгу этому извращенцу, и он оставит меня в покое. А если нет, тогда я сделаю с ним то же самое, что и с Бэвэ».
Катрин вспомнила, как расщепила на атомы рано постаревшего парня. Ей не составило никакого труда сделать это. Да, он пытался её предупредить, что это не Вера рядом с ней. Возможно, он считал, что поступает благородно, но Катрин не было его жаль. Ей больше никого не было жаль, словно ещё одна часть её души умерла.
Взмыленная, она взбежала на родной этаж и увидела, что дверь в квартиру Веры приоткрыта. Девочка осторожно зашла внутрь.
Чем ближе она подходила к главной комнате, тем неуютней себя чувствовала, понимая, что сейчас случится что-то плохое.
– Здравствуй, девочка, – послышался откуда-то спокойный голос ведьмы, когда Катрин остановилась в проёме, не решаясь пройти дальше.
По телу пробежал холодок. Маленькая ведьма крутила головой, но не видела, откуда с ней говорят.
– Иди сюда, помоги мне, – голос доносился со стороны камина.
Катрин осторожно, словно она была зеброй, которая случайно забрела в логово спящих гиен, прошла через комнату и наконец увидела Веру.
– Возьми на столе тряпку и бокал, нам нужно собрать как можно больше, раз уж представился такой шанс.
Катрин, словно находясь под гипнозом, повиновалась и взяла всё, что ей было велено. Когда она подошла ближе, то ахнула.
