Она сумела уже и по несколько нитей удерживать, хотя после того ощущала себя небывало уставшей. Но понимание собственного успеха окрыляло.
Немного расстраивало, правда, что Лесьяр боле не пытался к ней особой симпатии проявить. Нет, говорил, порой приятности, касался, но все вроде как случайно. Ни поцеловать больше не пытался, ни ее саму к себе привлечь. Веша от того в одиночестве вздыхала порой… Сама не знала, как так угораздило ее так к нему проникнуться. А может Лесьяр не хочет ее к себе ближе подпускать, чтобы уговор их не нарушить? Кровь то иначе у кого брать тогда?
Как подумает, что будет он с какой другой девицей заискивать, глазами своими светящимися на нее смотреть из темноты, касаться длинными пальцами, так у ней кулаки сами собой от злости сжимались. Вот она какая, ревность жгучая.
Только магик продолжал с ней через стол общаться. Подтрунивал вот, как и прежде. Сама же девица тоже особливо шагов навстречу не делала, полагая, что навязываться не есть хорошо. Хотя сердечко от близости его щемило нещадно. Подойдет поближе, она прям вздрагивает, как осознает, что снова тепло его чует.
— Кисть тверже! — вот и сейчас, со спины подошел, руку ее поправляя, чтобы, стало быть, правильно нити держала переплетая, а она о тех нитях в этот миг и забыла напрочь. Только и могла, что вдыхать тепло его, лесом пахнущее.
— Весенья! — рявкнул, заставив собраться. В роли учителя магик завсегда себя строго вел. Это уж позже, за общей трапезой они сядут за стол и будут обсуждать магическую науку. Возможно, Лесьяр расскажет еще какую-то историю из своей практики, а Веша вспомнит очередной случай из старой своей жизни… они так часто засиживались за полночь, когда уж потанята за столом посапывать начинали… — Соберись, да доплети уже наконец.
Вешка засопела от усердия, собралась, затягивая последний узелок, да призывая силу из своего источника — немного совсем, чтобы напитать плетение. Тотчас заискрилось облако перед ними сформированной шаровой молнией. Ущипнуло током, от чего Веська ойкнула и концентрацию, конечно, потеряла тут же.
Бахнуло с силой, и если б не Лесьяров щит — точно бы волосы спалила.
— Говорил же — держи… — посмеивался над ней магик. Веша же в ответ нос наморщила. — Ладно, хватит на сегодня.
Позади раздались хлопки, оба — и магик и ученица, тотчас обернулись.
На крышу неспешно Арьян поднимался.
— Гляжу, и правда ты ее магии обучаешь, — усмехнулся полоз. Сегодня он весь был в белом с золотом, да сверкал на солнышке, точно из сокровищницы сбежал.
— Арьян, — кивнул Лесьяр в знак приветствия. Тотчас от него таким холодом повеяло, Веша и забыла уж, что он таким бывает — отстраненным, высокомерным, даже голову, вон задрал.