— Да ведро задела в потемках.
— А это что? — кивнул на ветошь у нее в руках.
— Да вот… — заозиралась, слова подбирая, — окна намыть вознамерилась!
Лесьяр за ее взглядом проследил до махонького, круглого окошка под потолком, после — снова на ворох тряпья, которым можно было это самое окно целиком напихать. Брови черные вот вновь по лбу кверху поднялись.
— Давай-ка мы по-иному поступим.
Из ручек девичьих ветошь забрал, на стол отложил.
— Ты с бесами недурно управилась, нити уже прочные выходят, давай заклинание испробуем.
Сразу же мысли девичьи переключились. Первое взаправдашнее заклинание!
— Давай! — согласилась с готовностью. Все! Сейчас он ее учитель. Никаких выразительных глаз, смоляных волос и рук нежных… головой пришлось встряхнуть чутка, в себя приходя.
— Бери две нити, — он выудил из пространства черные, Вешка примеру последовав, вытянула свои синие. — Теперь плетение, — продолжил он, действуя неспешно, чтобы ученица успевала повторять. — Сеть вытягиваешь на расстояние вытянутых рук, и она должна накрыть обозримое пространство, которое ты хочешь очистить.
Еще пара узелков, чтоб потребный рисунок удался, тот был совсем прост, после — дыхание силы, и кухня, вкупе с окном сверкает чистотой!
— Здорово! — подскочила Веша, не веря осматриваясь. — Вот это здорово!
— Молодец, — похвалил магик, потянулся снова по волосам потрепать, но Веська увернулась, будто бы невзначай, да не заметив протянутой руки, ускользнула в зал.
— Лесьяр, а что с хламом-то делать? — спросила оттуда.
Все это время ненужные вещи, сломанные, да то, что не восстановить, Веша скидывала в кладовку, куда магик ее в самом начале поселил. Но уже и в той места не оставалось.
Хозяин вышел с кухни, да через девичье плечо заглянул внутрь кладовой.
— А я-то голову ломал, куда ты все это деваешь, — протянул задумчиво… Весенья уложила здесь и ветхую мебель, которая окончательно уж поломана была, всяческие тряпки, склянки. Холстина, в каковую в первый вечер посуду обернула, тоже тут лежала.
— Я все хотела спросить, да забывала…
Хозяин головой покачал.
— Отходи, — барахло все затряслось, обволакиваясь тусклым мерцанием. Другой рукой магик в сторону зала махнул. Башня дрогнула. — Давай, не привередничай.
Вешу к стене прижал, а сам свободной ладонью повел, отчего все содержимое кладовки в воздух подлетело, а после к центру зала отправилось. А там, вызывая у Веши священный ужас, раскрывалась круглая зубастая пасть. Внутрь уходила бездонная глотка, теряясь во мраке.