Автор
В громких криках зрителей на арене светится азарт бокса. Наташа смотрит в стойку своего любимого спортсмена - до-ро-фе-яна, готовясь к решающему раунду. Здесь же училка наблюдат за её учащимся, погружаясь в волнующую атмосферу борьбы.
Когда мы подъезжаем к моему подъезду, я без лишних слов отстёгиваю ремень и открываю дверь.
— Спасибо, что подвёз, — произношу я как можно более сухо, даже не глядя на него.
— Люба… — начинает он, но я уже выхожу из машины, не дожидаясь, пока он обойдёт и откроет мне дверь, а потом захлопываю её.
Я иду к подъезду, чувствуя, как внутри всё сжимается. Почему меня так задел этот момент с блогершей? Она не сделала ничего особенного, а Мирон… он просто был вежлив."
"Я не должна так реагировать.
Но это не так просто.
Зайдя в квартиру, я быстро сбрасываю туфли и швыряю сумку на стул. В голове всё ещё крутятся мысли о том, как Мирон легко поддаётся вниманию других, и как я выгляжу на фоне таких, как эта Алена.
Сонная Кася выползает из спальни, потягиваясь и включает свою мурчалку, начинает тереться о мои ноги. Я же снимаю плащ, вешаю его на крючок и уже хочу разложить зонт, чтобы просох полностью, когда понимаю, что забыла его у Дорофеева в машине.
— Прекрасно! — выдыхаю, закрывая лицо руками. — Завтра ещё и мокрая приду на работу, если дождь будет.
А он будет — сегодня передавали по новостному.
И тут же в дверь раздаётся звонок.
Я замираю на секунду, потом иду к двери и открываю её, даже не заглядывая в глазок. На пороге стоит Мирон с моим зонтом в руках. Его лицо абсолютно спокойно, но в глазах виднеется лёгкая улыбка.
— Ты забыла, — говорит он, протягивая мне зонт.
— Ох…. спасибо, — я беру зонт, но мои руки слегка дрожат. Откуда эта нервозность?
Мы стоим в дверях, и я понимаю, что напряжение, которое чувствовалось раньше, снова накатывает на нас.
22
Мирон протягивает мне зонт, и я собираюсь закрыть дверь сразу же, как только его возьму, но не тут-то было. Едва зонт оказывается у меня в руке, как Дорофеев, не спрашивая, теснит меня и заходит в квартиру, будто ему это позволено по умолчанию.
— Эмм.… ты чего? — я даже не успеваю сформулировать возмущённую мысль, когда он закрывает за собой замок изнутри.
Поворачивается и, чуть прищурившись, вперивается в меня взглядом сверху вниз.
— Не ревнуй, Кошка, — говорит с этой своей легкой, дразнящей улыбкой.
Не ревнуй?
Что?!
Я складываю руки на груди, ощущая, как лицо начинает заливаться жаром.
— Чего?! Кто тут ревнует? — мои слова звучат резко.
