Автор
Я стою перед закрытой дверью, грудь взлохмаченными волосами и взглядом, как огонек в зажигалке. Стягиваюсь к стене, чувствуя ужас за то, что он не собирается покидать комнату. Мы могли быть замеченными... Мышка в клетке. Он подходит ко мне с широкой фигурой и одним махом закрывает дверь изнутри, наглая ухмылка на его лице....
Теперь проблем станет еще больше, ведь так? Но горящий взгляд вопит об обратном, парень обхватывает мое лицо и продолжает рассматривать, как смотрят на картину, которой любуются. И тело мое реагирует, погружаясь то в холод, то в жар. Выжигающий кожу.
—Надо…обработать, — шепчу в лицо Рустаму, хоть и понимаю, что это все ему сейчас до одного места. Белов машет головой, а потом невозмутимо отвечает:
—Как на собаке заживет.
Не сомневалась в другом ответе.
—Нет.
Тянусь к сумочке и выуживаю пачку салфеток.
—Успокойся, Вась. Вдохни и выдохни.
Рустам отдает мне салфетки и опирается о подоконник.
—Прекрати вести себя со мной, как с куклой, — пискнув, упираюсь ладонями в грудь. Салфетки летят на пол. От негодования хочется кричать. Что он сом ной делает? Зачем? Играться вздумал?
—Когда я назвал тебя куклой? — грубо кидает в ответ, пронзая меня своими глазами, которые вдруг озаряются недобрым огоньком.
—А как ты ведешь себя со мной? Словно я никто. Словно меня можно схватить и унести, можно нахамить, можно унизить. Я живой человек, Белов. И если ты не понял, я не одна из твоих девочек-однодневок, мне неинтересно все это, так что отстань от меня, оставь меня в покое! Я не хочу этого! — сиплю, отворачиваясь.
Мне обидно, горько и больно, так больно, что я даже выразить это в полной мере не могу, ощущая пробоину в груди.
—Где и когда я тебя унизил?! — звучит громче, яростнее.
