Автор
Я третий год работаю учителем в школе, но женщина осматривает меня со смехом и недоверием — как будто ожидала какой-то шутки. В моих просторных спортивных штанах и худи я кажусь несоответствующим роли. Хотя многие думают, что учителя должны выглядеть во всех смыслах пригодными к параду....
Но едва смахиваю блокировку экрана, как настроение падает ещё ниже.
«Ромашов Дмитрий Владимирович. Образование: высшее. Должность: учитель физики. Семейное положение: не женат. Перспектива карьерного роста: отсутствует. Последний пункт — прогноз в случае поползновений интимного характера в сторону одной юной особы, с которой он решил нынче разделить трапезу»
Мать твою, Макарский.
И следом квакает ещё одно сообщение:
«Не ломай парню жизнь, Катерина. И должность при нём останется, и рёбра целы будут»
Угрозы. Неприкрытые и откровенные.
Мы что в девяностых? Совсем одурел.
Но как бы я не возмущалась, шок и страх никуда не деваются. Потому что что-то мне подсказывает, что не поверить в его слова — шаг слишком самонадеянный и опрометчивый.
Уже и чай не лезет. Я делаю глоток и встаю. Дима наблюдает за мной, и это раздражает. Понимаю, что выглядит это странно, что я вдруг резко сникла. Но спасибо ему, что хоть вопросы не задаёт.
Он практически молча, лишь перекинувшись парой фраз, довозит меня до дома, помогает донести до квартиры сумку и сразу, кивнув, уходит.
Я вхожу в квартиру, снова параноидально запираю все замки, хотя защитить они могут от вора-домушника, но уж никак не от того, от кого бы хотела запереться я.
Ставлю сумку прямо у порога, мою руки и включаю чайник. Отправляю сообщение маме и тёте, что уже на месте с обещанием перезвонить позже.
В квартире тихо. Я выключила все электроприборы, кроме холодильника, когда уезжала, а он работает очень тихо.
Я присаживаюсь за стол, меня тревожит странное ощущение. Я словно потеряна. Не знаю, что делать. Будто вступила ногой в капкан, и теперь надо думать, как выбраться.
Телефон снова вибрирует. Снова сообщение от Константина.
«Хозяйка твоей квартиры, кажется, решила сменить постояльцев с нового месяца. Кстати, у меня есть пара вариантов для тебя. Обсудим при скорой встрече»
Чёртов Макарский.
Меня переполняет злость и ярость.
Зачем я тогда вообще попёрлась в этот дурацкий «Орешек»?
Я сцепляю зубы и открываю окошко ответа.
Что ему сказать? Оставь меня в покое? Пошёл к чёрту?
«Иди на хуй» — отправляю и отключаю телефон.
13
Константин
— Аха-ха-ха, — Рем ржёт так, что впору дурку вызывать. — Какая ржака, Костян, тебя баба на хуй послала.
— Очень смешно, Богдан, просто обоссаться.
